«Агунда, тебе тут не Исландия»

24.09.2019 Gradus Pro

Агунда Бекоева о домашнем насилии в Осетии

«Феминизм? Это не наша культура…». Не наша культура. Всякий раз, как заслышу эту философскую максиму, вспоминаю анекдот:

— Проснитесь, вы облажались!
— А я и не спал…

Мы не спали, но все равно упустили тот момент, когда осетинская культура личностных отношений была подменена каким-то страшным, вычурным полуазиатским гибридом, в котором женщина — это такой электровеник с маткой, который, при необходимости, легко трансформируется в полноценного кормильца семьи, но при этом право голоса у нее остается такое же, как у электровеника.

Современная осетинская женщина — это потрясающий пример дисбаланса в количестве обязанностей и прав. Женщина работает наравне с мужем полный рабочий день, содержит дом в чистоте (правильно, ага, не мужчине же мыть полы и готовить!), воспитывает детей, оказывает лæггад гостям и соседям, поет, танцует, вяжет, вышивает крестиком. При этом, ей еще нужно хорошо выглядеть — никакого снисхождения к рукам без маникюра и затылку без начеса не будет.

А теперь представим, что что-то пошло не так — женщину дома бьют, унижают, угрожают ей. И вот с того момента, как женщина отказывается это терпеть — запомните, с этого момента у нее не остается вообще никаких прав. Никаких! Также мало шансов, что она найдет понимание среди родственников. Развестись и вернуться в отчий дом — стыдно. Когда говорят, что осетины больше смерти боятся позора, я улыбаюсь. Извините. Для меня страшнее было бы умереть и оставить сына сиротой, чем слушать сплетни о себе.

Вообще, всякий раз, когда слышу гордые разговоры про «смерть вместо бесчестия», вспоминаю кадæг об Урузмаге, трижды проехавшемся верхом на осле перед нартами. Очень хороший кадæг.

Так вот. У нас всегда в роли пристыжаемого — разведенная женщина, а не герой, который ее бросил или довел до ручки. И стыдят ее, как правило, угадайте кто? Другие женщины.

Меня спрашивали, а что самое интересное в Исландии? Гейзеры? Ледники? Гомосексуалисты на параде? Нет. Больше всего по приезде в Рейкьявик меня потрясло тамошнее женское движение. Я не могла поверить, что женщина может искренне любить и уважать постороннюю женщину. Не секрет, что в Исландии сильнейшее феминистское лобби. И то, что я видела своими глазами — было прекрасно. Это было также и отрезвляюще. Слово феминизм для меня перестало быть токсичным — каюсь, когда-то было.

Вернемся на родину. Когда мне кто-нибудь с ухмылкой говорят «ты уже не в Исландии», я переспрашиваю, а где же я? В Сомали? В Туркменистане? В Папуа-Новой Гвинее?

Я в Европе. Мы — европейская нация, мы находимся в европейском правовом пространстве. Я не жду, что в Осетия станет Исландией. Не жду и не хочу этого. Я жду и требую уважения и соблюдения своих прав. Я жду и требую личного пространства. Я жду и требую защиты от насилия. Я жду и требую женской солидарности и, вообще, эмпатии от людей.

После разговоров о Европе я повторю одну очень важную вещь вслед за Алиханом Хорановым. Говоря о нашей европейскости, я не перечеркиваю наш собственный уникальный культурный код, не обвиняю во всем происходящем ирон æгъдау. Мне, вообще, странно, что приходится это объяснять. Еще более странно читать, что всему виной якобы наша патриархальность и маскулинность. Это, конечно, ересь. Патриархальность, будь она такой, какой должна быть (а не той азиатчиной, которую я наблюдаю) как раз бы и уберегла нас от таких инцидентов, как нападение на Регину Гагиеву, Алану Калагову и других девушек.

То, о чем я пишу — ненасилие над женщиной — это и есть ирон æгъдау здорового человека. Вспомните, каким было последнее испытание для Батраза, когда нарты решили оценить левел его благородства. Для тех, кто не читал, вкратце напомню. Последним испытанием была измена его женщины.
Дальше цитата: «А перед тем как Батрадз должен был вернуться из похода, подговорили нарты жену его притвориться, что будто она обманула Батрадза с его молодым пастухом. Вернувшись домой, увидел Батрадз, что голова жены его лежит на руке пастуха.

Батрадз осторожно вытащил руку пастуха из-под головы жены своей и подложил ее руку под голову пастуха, сам же вышел во двор, подостлал под себя бурку, седло положил под голову, лег и до восхода солнца не шевельнулся. Так убедились нартские старейшины в доблестях Батрадза и нашли, что достоин он получить в дар сокровища предков.»

Я не зря вспомнила сегодня два кадаега из Нартовского эпоса осетин.

Первый — об Урузмаге, это для женщин. Не стыдно пойти и написать заяву на мужа, который тебя избивает. Не стыдно вернуться домой к маме с папой. Не стыдно остаться «разведенкой» (ужасное слово, даже писать не хотела). Стыдно терпеть годами, стыдно заставлять своих детей смотреть на это. Стыдно класть себя и своих детей на такой алтарь. Стыдно умереть и оставить их сиротами.

Второй — о лучшем из нартов, Батрадзе. Этот кадаег я советую перечитать мужчинам. Что бы ни сделала женщина, никогда, никогда, НИКОГДА в осетинской культуре не существовало оправдания для мужчины, поднявшего на нее руку.

Как написал Заур Фарниев, #всеоднозначно.

***

Я бы никак не комментировала нападение на Регину Гагиеву, но случайно увидела запись с камер. Избегала этого два дня, но все-таки посмотрела.

А потом еще посмотрела комментарий ее родной сестры, которая рассказывает, что бывшего мужа Регины, оказывается, три раза судили, но каждый раз за сынульку-золотульку впрягалась его мамочка (тут у меня случилось жесточайшее дежавю). В итоге, он ни разу не сидел. А если бы сидел, то, возможно, Регина сейчас не лежала бы в реанимации в тяжелом состоянии. Это, конечно, неточно. Тюрьма не делает из обезьяны человека, но и безнаказанность не дает шанса приблизиться к хомосапиенс.

Что хочу сказать. Знать не знаю ничего про этого Техова, про его душевное состояние, состав семьи и прочий бэкграунд. Но мне вполне, ВПОЛНЕ хватило информации о его маман, которая откупалась за преступления сына.

Я уже два года как мама. Когда меня спрашивают, кем станет Барсаг, какие у меня планы на его будущее, я говорю только одно: мне бы просто сделать так, чтобы он не вырос уродом. Мне этого хватит, серьезно! А там пусть занимается, чем хочет. Моя задача — вовремя от него отстать. И это должно случиться не в 30-40-50 лет. Я очень надеюсь, что мне хватит мудрости не бегать за ним уже к концу школы. И этот процесс должен проходить постепенно и начаться уже сейчас.

Чего я точно не хочу делать? Не бегать за его обидчиками с тапком. Не проплачивать ЕГЭ. Не просить знакомых устроить его в университет. Не отдавать бабки за экзамены. Не поступил? Отчисляют? Окей. Работаешь год или чешешь в армию. Да, мне будет страшно. Но это не страшнее, чем растить размазню. Захотел жениться? Иди работай и копи на свою свадьбу. Хоть дворником, мне по фигу. Заработай хотя бы часть денег. Я тебе, конечно, помогу, но брать огромные кредиты ради твоей свадьбы — нет. Ты собираешься создать семью, тебе ее кормить, изволь нести ответственность уже сейчас.

К чему я это все? К тому, что вместе с Теховым я бы посадила в СИЗО еще и его мамашу. Прям в одну камеру можно. Пусть любуется своим исчадием, кормит баландой с ложечки. Вдруг он не справится сам? Не справлялся же в предыдущие 30 лет.

Может, вам мои выводы покажутся слишком отстраненными, но, я думаю, что лучшая профилактика таких нападений — это не ужесточать УК. А прекращать вот эту азиатчину по отношению к своим детям. И заключать браки не ради того, чтобы пригнать в дом работницу (для этого можно купить посудомойку). И не ради того, чтобы родить (размножаться можно и без штампа). Брак создается ради самого брака. Ради любви. Думаю, что человек, изрезавший свою жену, ничего об этом не слышал.

Ну и напоследок. Нигде так не процветает виктимблейминг, как на Кавказе. Изнасиловали? Значит ты оделась неподобающе. Спровоцировала.

Нанесли 15 ножевых? Довела мужика. Дыма без огня не бывает. Сама виновата! И тому подобное.

Где-то то ли Европе, то ли в Штатах есть интересный музей. Музей одежды, в которую были одеты жертвы изнасилований в тот час, когда на них напали. Это очень тяжелое зрелище, особенно, когда видишь детские платья пятилетних девочек. Так вот. Там нет никаких мини-юбок или топов. Обычная одежда. Джинсики, свитера. А даже если бы и были короткие юбки — как это оправдывает насильника и убийцу? И ведь оправдывают их чаще всего женщины. Это у меня вызывает еще большее омерзение.

Всех, кто писал, что Регина виновата сама (тоже, кстати, немало женщин среди таких комментаторов), я бы посадила в то же СИЗО по статье «Оправдание терроризма».

Регине скорейшего выздоровления. Я молюсь, чтобы она выжила. У нее маленький ребенок. Я думаю, что увидев нож, она думала только о нем, о том, что нельзя вот так глупо умереть и оставить его одного.

Боже, не допусти такого горя.

Автор — Агунда Бекоева

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ
09.11.2019

Новый сити-менеджер Владикавказа рассказал о миллиардном долге, ЖКХ и кафе на Набережной

05.11.2019

Ассоциации социально-активного бизнеса Северной Осетии «Сила Единства» исполняется пять лет

В Северной Осетии с шумом и возмущениями централизовали закупку лекарственных препаратов

Когда лягушка попадает в кувшин с молоком, она активно перебирает лапками в надежде выбраться

В сентябре жители Владикавказа получили, а местами даже избрали, новый состав Городской думы

22.10.2019

Уаллагком — историческая область традиционной Осетии – Алании

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: