Александр Босых: «Ни власть, ни оппозиция Осетии никак не проявляют себя на федеральном уровне»

Александр Босых, входящий в Бюро Президиума политической партии «Родина», дерется с женщинами, матерится в интернете и ненавидит “Пусси Райот”. Он за здоровый национализм, за возрождение казачества и против межнациональных браков. Его слова практически всегда перевирают и неправильно цитируют в сети. Он настолько неоднозначная личность, что я долго не могла поверить в то, что он все-таки существует. Когда узнала, что он реален, решила с ним пообщаться.

Александр вроде бы оппозиция, но чья и кому, мне лично не совсем понятно. И тем интереснее его взгляд на кажущиеся весьма простыми вопросы: кто в Осетии “против”? Зачем русским самобытность? Или какие выборы нужны в регионах?

— Александр, вы, насколько я знаю, сейчас под следствием. Или уже все успешно разрешилось?

– Пока под следствием, обвинение мне не предъявлено, но что-то копают, стараются. Подозреваюсь в разжигании к «толерастам», «правозащитникам», «экспертам» и «гомофобам». Последнее обвинение – вообще песня! Я сам крайне отрицательно отношусь к лицам с нетрадиционной ориентацией, то есть непосредственно являюсь гомофобом. Как я могу разжигать ненависть к самому себе — следствие умалчивает. Хотя, хотел бы поглядеть на представителя социальной группы «толерасты», мы задали экспертизе вопрос о характерных признаках таковых, если они есть. Ждём ответа.

Вообще пока это мне в плюс — обвинения чистый маразм, а возможность публично высказать свою точку зрения я получаю. Можно было бы и денег заплатить за такой пиар.

Это, кстати, показатель работы системы МВД — Путин дал указание активнее бороться с экстремизмом в Интернете. Головотяпы отдали честь и ответили «есть!» Потом стали думать — а что делать? Насоздавали в каждом округе отделы по мониторингу, толком понять, что есть экстремизм, а что просто юмор или выражение эмоций не могут. Набрали самых ненужных в других отделах сотрудников. А результат давать надо… Вот и занимаются не пойми чем. Меня знаете, что беспокоит? Я-то вот ответить могу, и в прессу их глупости вывести, и юридическая поддержка у меня есть. А наверняка подобных дел десятки, если не сотни, и там люди остаются один на один с системой.

После ухода Якименко вас прочили на его место, на должность Руководителя федерального агентства по делам молодежи (Росмолодежь). Сейчас там Сергей Белоконев. А вы куда делись?

– Это изначально было нелепым предположением, я его сразу опроверг. Но либеральные СМИ сами выдумали и сами испугались. У меня нет необходимого административного опыта для управления аппаратом такого масштаба. Безусловно, есть соображения по работе с молодёжью, в первую очередь касающиеся патриотического воспитания, борьбы с алкоголизмом и наркоманией, популяризации дворового спорта. Вести какое-то одно направление вполне могу, но не занимать должность уровня министра. Даже если б и правда предложили, то отказался бы.

— Вы мне порой напоминаете молодого Жириновского. Точнее, не его в молодости, а, например, кем бы он был, если бы родился чуть позже. Конечно, я немного утрирую. Вы – фигуры совершено разные и по политическому весу, и по одиозности. Но не кажется ли вам, что ваша чрезмерная эмоциональность тоже просто кем-то используется?

– Мне, знаете, достаточно легко общаться публично. Причём скорее от того, что никогда не стремился к публичности, нравится больше «работать в поле». Поэтому диалог — что с журналистами, что с оппонентами — для меня больше развлечение, нежели возможность «попиариться», как для большинства политических фигур. Отсутствие какого-либо волнения за свой образ даёт возможность быть честным и говорить более прямо. Никогда не просился на интервью, всегда очень смешно наблюдать за активистами, бегающими за журналистами: «а я могу прокомментировать, не хотите взять интервью?» Погоня за медными трубами унижает людей.

Если же вы под эмоциональностью имеете в виду резкие выражения, то отвечу так: а какая главная проблема нынешнего общества? Равнодушие! И академичным тоном его не раскачать. Резкие слова необходимы, но они обязательно должны идти рядом с конструктивными предложениями. То есть, помимо умения высказать оппоненту в глаза что о нём думает, политик должен выдать чёткую программу действий и доказать, что она лучше, чем у того или тех, кого он этими резкими словами кроет.

Главное, чтоб меня люди поняли, а как это будет выглядеть и насколько меня осудят те или иные публичные фигуры — как-то не очень волнует.

— А существует ли, на ваш взгляд, оппозиция в Осетии?

— Оппозиция есть везде. Вопрос, как она проявляется и на что направлена.

Но политическую ситуацию в Осетии сложно оценивать, потому как ни власть, ни оппозиция вашей республики, на мой взгляд, никак не проявляют себя не федеральном уровне. Новых североосетинских политических лидеров совершенно не видно. Может это и хорошо, что явного на всю Россию открытого конфликта нет. А с другой стороны, тишина – это признак застоя. Что никогда не являлось положительным фактором. Всегда должно идти обновление, появляться новые люди, лидеры. Без смены кадров ничего не будет развиваться. Думающие иначе, чем действующая власть, люди у вас безусловно есть. Но насколько они обладают авторитетом не только в народе, но и за пределами республики — я предпочёл бы не судить. Ведь зачастую самые крикливые бывают далеко не самыми объективными и порядочными людьми.

— Владимир Путин подписал закон о праве регионов оставлять или отменять прямые выборы губернаторов. И, согласно принятому закону, если регион отказывается от прямых выборов, то партии, представляемые в региональном и федеральном парламентах, получат право представить президенту по три кандидата в губернаторы. В свою очередь глава государства направит три из них на рассмотрение регионального парламента, который одного из них наделит губернаторскими полномочиями. Такие вот «качели» получаются. Интересен ваш комментарий как жителя столицы.

— Всегда был против выборов губернатора! Вообще считаю, что объективно и честно можно выбирать только в населённых пунктах или районах с численностью населения до 100 000 человек. И то, эти районы должны быть ограничены по площади. Только так у обывателя будет возможность судить о кандидате по реальным делам, а не по пиар-кампании. Всё, что выше по населению — огромные возможности по разного рода вбросам, манипуляциям, банальному вранью и т. п.

Система, предложенная Президентом, разумна в том плане, что, с одной стороны, человек будет им назначен и будет отвечать перед ним самим, с другой — должен показать, что найдёт общий язык с местной властью. Проблема будет в коммуникации с гражданским обществом, которое у нас всё больше на кухне рассуждает и критикует власть, а губернаторы со своей стороны не сильно стремятся найти подход к народу.

— Как вам кажется, есть ли такие законы, которые совершенно неприемлемы для регионов? Я лично могу сразу назвать навскидку такой закон. Речь идет о пресловутой ювенальной юстиции. В нашей республике она в европейском виде, так сказать, неадаптированная под ментальность, не нужна. Семьи здесь зачастую большие, детьми занимаются не только родители, но и бабушки с дедушками, тети, дяди. Даже соседка с удовольствием присмотрит за вашим малышом, если пойдете в магазин…

– Ювенальная юстиция неприемлема в любом случае и виде!!! Безусловно, есть проблемные семьи, но существующих механизмов вполне хватает для контроля решения ситуации. Вопрос не в законах, а в бездействии самой системы. Ювенальная юстиция в первую очередь –возможность для банального вымогательства, любая семья скорее заплатит, чем будет потом отсуживать ребёнка из детского дома! С ювенальной юстицией и её лоббистами необходимо бороться любыми, абсолютно любыми способами.

Что касается других законов, то при принятии регионального закона нужно всегда учитывать образ жизни и традиции региона. Не руководствоваться только экономическими или политическими соображениями, а заботиться о сохранении самобытности края.

— Столько всего о вас в интернете пишут. Например, цитируют какие-то совершенно дикие, фашистские, якобы ваши высказывания. А можете вы сейчас просто в двух-трех словах описать, что такое, на ваш взгляд, здоровый национализм? Не фашизм, не “нашизм”, а именно национализм. Не употребляя его по отношению к какой либо нации. Что должен делать представитель того или иного этноса, чтобы не затеряться в многоконфессиональной державе?

– Да тут всё просто. Национализм — это «люби своё, уважай чужое»! Национализм — любовь к своему народу, нации. Его развитие, гордость за историю, за свершения. Каждый должен помнить: кто он, кем были его предки, уважать свою историю и стараться жить так, чтобы его предки им гордились.

— И вот, собственно, вопрос, который я часто задаю разным людям в обычной беседе. Почему русские люди в основе своей захотели избавиться от своей самобытности? Почему мы любим западные песни, европейскую манеру одеваться, даже «революции» наши какие-то совсем нерусские стали? Народы поменьше всеми силами стараются возродить свой язык, свои традиции. А мы все растворяемся и растворяемся. Зачем? Александр, вы так любите разговоры о национальной уникальности, что, наверное, смогли бы что-то реальное сделать для этого. Пожалуйста, не надо маршей и бунтов. Нужно простое человеческое возрождение русской культуры. Литература, фольклор, чистая вера в Бога и Отечество без примесей и полутонов. Есть на примете какой-то добрый национальный проект?

– Никто терять самобытность не хотел. Именно в русских регионах наиболее сильной была советская пропаганда. У нас буквально выжигались обычаи, традиции, традиционный уклад. На Кавказе обычаи сохранились лучше, ибо были дальше от глаз советского партийного руководства. Сейчас многие русские потеряли самоидентификацию. И задача националистов — возрождать именно это. А не заниматься бессмысленным поиском ответа на вечный вопрос «кто виноват?»

Лично я с сотоварищами в политику пришёл из системы исторических клубов. Где энтузиасты собирают вокруг себя молодёжь и вместе со спортом и досугом дают знания по истории, традициям. Периодически проводим фестиваль стеношных боёв с детскими играми, состязаниями. Раньше каждый месяц проводили, но это затратно, а помощи от власти никакой. Каждое лето лагеря проходят, опять же, с уклоном в русскую историю. Что можем – делаем. Может, меньше, чем хотелось бы, на что средств хватает.

Проекты же есть. Но что про них говорить, если их пока не на что реализовывать? К сожалению, проект – это деньги, а деньги наше государство выделяет на бессмысленную толерантность, ювенальную юстицию, огромное количество показушных и безрезультатных программ. Но не в то, что уже работает. А причина — энтузиаст, который все деньги в дело пустит, и спереть никому ничего не даст. А без откатов многим ведь неинтересно.

— И еще, маленький такой вопрос: почему вы все-таки побили заступницу Пусси Райот?

— Простите, но я извращенцев за женщин не считаю. Да и вообще-то она сама с кулаками на меня кинулась, видео есть. На «Грани-ТВ» смонтировали только мой удар, а на «RUSSIA.RU» и «РЕН ТВ» видно, что она сама два раза на меня набрасывалась. А если говорить по сути, то те, кто плюёт другим в душу и оправдывают кощунство в храмах, людьми в моём понимании не являются.

Если б я был свидетелем самой акции “Пусек” – выволок бы за волосы их из храма. Плевать я хотел, что они особи женского пола. Вера – это душа. Тот, кто плюёт в душу должен быть готов к ответу.

— Что ж, как говорится, без комментариев…

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

«Мусорный» оператор просит подождать и обещает перемены к лучшему

Знаменитый тренер Анатолий Маргиев о турнире в Китае и шансах осетинских вольников на Олимпиаду в Токио

Подсудимые отказались давать показания и снова настаивают на закрытом процессе

Учителя 21 века: безмолвные, загнанные, перегруженные

08.10.2019

Председатель комитета по охране и использованию объектов культурного наследия Эмилия Агаева о сложностях борьбы за историю

Во Владикавказе основан борцовский клуб «Братья Таймазовы»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: