Брависсимиссимиссимо

Во Владикавказе подходят к концу гастроли Государственного национального театра из Карелии, спешите ловить бабочек и мурашек!

Если уподобить театральное представление морю или океану с характерными для них приливами и отливами, то я сейчас пытаюсь собрать обломки ракушек, камешков, омытых волнами стеклышек и иной приятной мишуры, которую выбросило на берег после шторма. Очень мало информации можно передать о том, что видел ты и чего не видели другие (лучше один раз увидеть…). Но я всегда утешаю себя мыслью, что прочтут создатели спектакля, его участники. Им будет интересно. Вот и все.

Во Владикавказе подходят к концу гастроли театра из г.Петрозаводска, Государственного национального театра Республики Карелия. Труппа очень мощная, близость одной из столиц ощущается сильно: налицо серьезная школа, подарившая актерам идеально поставленные голоса, многое позволяющую осуществить на сцене пластику и другие актерские премудрости. Но главное все-таки – природная одаренность артистов театра. Труппа молодая, что особенно здорово, но уже очень сильная в профессиональном плане, умеющая покорять и восхищать.

Безапелляционный восторг связан с работой гримеров и парикмахеров, причем, не только до спектаклей, но и во время их существования: ГЛАЗ шута в «Двенадцатой ночи» заплыл практически НА ГЛАЗАХ у зрителей.

Сценографы, костюмеры, осветители и звукорежиссеры тоже грандиозны.

Но это все великолепные бойцы невидимого фронта, поговорим о тех, кого видно. Ни в чем не уступающих в великолепии.

Гастроли еще идут, специально пишу сейчас, чтобы кто-то успел запрыгнуть в последний вагон. И пока могу поделиться впечатлениями о двух спектаклях.

«Дорога в Небыван» по пьесе Ирины Комиссаровой (режиссер – Станислав Васильев)

Очень теплый, нежный и столь же страшный спектакль. Страшный не так, как в детских страшилках («В черном-черном доме…»), а экзистенциально страшный, вселенски, маштабно. И это сочетание жути с тем, что герои – игрушки, наполнено необъяснимым магнетизмом.

Пластика удивительная: кукольность движений, хореографические руки, стеклянные глаза (у одной из кукол, как у моей любимой детской игрушки, один глаз сильно «поврежден», и это сыграно нереально точно), хлопающие ресницы, такие нежные голоса, сопровождаемые эхом, невесомо подчеркивающим ненастоящесть происходящего, почти невозможная психологическая точность. И все куклы наделены характерами. Особенными, яркими. Здорово!

Мне еще показалось, что спектакль – один их тех, которые создаются для выпускных экзаменов актерских факультетов (как и «А зори здесь тихие», кстати): много женских ролей, мало мужcких; все герои очень молоды… Великолепный вариант для педагогов, выпускающих только ставших профессионалами актеров в большую театральную жизнь. Но даже если это не так, все равно классно: глубоко, нежно, трепетно. И есть шанс всем участникам спектакля показать свое мастерство. Актерское, вокальное, пластическое… Жаль, что в малом зале нашего театра такое небольшое количество мест и что спектакль был показан лишь однажды. Но в постановке использована уникальной красоты песня «А зима будет большая…», очень актуальная для нас в эти ноябрьские дни. Автор песни – Юрий Визбор, поют ее многие, но лучше всех – Варвара Визбор, дочь барда. Очень советую найти в сети и послушать. И атмосфера песни подходит спектаклю о куклах и… о судьбе страны, переданной через их игрушечные страхи и страдания, так похожие на человечьи и так щемяще слезоточивые именно в кукольном исполнении.

Такая последняя степень заброшенности игрушек и людей…

«Двенадцатая ночь или Что угодно» по пьесе В.Шекспира (режиссер – Андрей Дежонов)

Я думаю, что не только Станиславский бы поверил, но и Вильям наш, батюшка, Шекспир одобрил бы, несомненно.

Современный театр охотно снова и снова штурмует Шекспира, не в силах без него обойтись и находя в нем эквивалент актуальной драматургии. И это правильно!

Спекталь-праздник. По шкале от одного до десяти – сто баллов. Он звонкий, яркий, жизнеутверждающий. Очень актерский. Он дает каждому из участников возможность побыть в ранге солиста. В этом спектакле не только исполнителей главных ролей хочется запомнить и охарактеризовать, а всех-всех-всех! Актерам будто позволили почувствовать, что театр без них никак не может существовать, а потом попросили продемонстрировать это немедленно.

Тема театра постоянно звучит на всем протяжении спектакля. Актеры не перевоплощаются, а ежеминутно сосуществуют с персонажами, которых создают, исполняя как бы две роли сразу. Поэтому сама игра актерами ролей, то есть театр как таковой, непрерывно является дополнительным объектом зрительского внимания, равноправным с действием, в котором участвуют персонажи. Отсюда обилие элементов открытой игры: прием изменения декораций на глазах зрителей, обращения героев к залу, привлечение пришедших в театр людей к происходящему на сцене.

Cтаниславский когда-то предложил «четвертую стену»: актер на сцене «не замечает» зрителя. Это было авангардно, актуально по тем временам. Но сегодня становится понятно, что не может человек испытывать эмоции Орсино или Виолы. Это неправда. Значит, он изображает свое человеческое к Орсино (Виоле) отношение. То есть HOMO SAPIENS сильнее актера. Зритель идет не к Гамлету, а к тому, кто играет Гамлета. Получается именно гуманитарное общение. И чем более оно человечно, тем лучше для всех. Потому что разграничительная линия между жизнью и игрой стирается, и в этом присутствует какая-то торжественная радость творчества.

Удивило то состояние огромного удовольствия, которое характеризовало пребывание артистов на сцене и активно передавалось в зал. Кураж нарастал по мере развития спектакля: актеры «заводили» зрителей, те «поддерживали», возвращая полученную энергию, а в результате театр наполнялся счастьем, которое все потом унесли с собой: кто домой, кто в гостиницу.

Постановка наполнена юмором, таким разным по степени насыщенности и по глубине, но неизменно вкусным.

А как удивительно существовали «рабочие» сцены, они же детали декораций, они же подтанцовка, они же нимфы, они же красавицы, они же сестры (родные!) Мельпомены. Одна лучше другой. Мастерицы на все руки и ноги, от игры которых «мысли становились розовыми», как говорит по другому поводу один из героев.

Владение сценическим (и не только) пространством – уникальное: задействованы даже бортики балкона в зрительном зале.

Заворожил шут. О нем в спектакле говорят, что это театральная крыса. Всем театрам мира от души желаю таких! Он великолепен. Есть актеры, знающие, как использовать свое тело на сцене, и актеры, этого не умеющие. Никита Анисимов не просто умеет, он управляет сценой, она ему покоряется. Его тело эмоционально, умение двигаться достигает степени легкости бабочки, и от этого мои собственные, личные бабочки в животе подверглись нападению ВОТ ТАКИХ мурашек.

Не только о шуте, но о каждом персонаже (и актере, соответственно), занятом в шекспировской комедии, можно писать отдельные статьи. Я готова! Только вряд ли найдутся желающие читать столько текстов. А хочется сказать хоть по паре восторженных слов. Спасает меня только то, что спектакль ансамблевый, поэтому можно похвалить всех разом, скопом. И я от всей души хвалю. С удовольствием.

Отдельного обширного разговора достойны сценографы, но многословно восхититься их ювелирной и практически философских высот достигшей работой тоже не получается, поэтому просто вздохну. И скажу два слова, которые все, кто видел спектакль, поймут: «лошадь Мальволио». Ах!

Знаете, что особенно дорого мне? Я увидела в этом спектакле традиции и стилистические приемы Вахтангова. К примеру, «Принцессы Турандот», самого известного праздника, придуманного этим режиссером. И такая перекличка была очень приятна в силу причастности нас к Вахтангову или Вахтангова к нам.

И о нашей публике, которую лучший специалист по работе со зрителями всех времен и народов Марина Аркадьевна Иванова, знакомая со всеми представителями театрального Владикавказа, в шутку называет «отборной». Так и есть, господа! Мы молодцы. Директор петрозаводского театра, Ирина Павловна Шумская, отметила, что Карелия – место северное, люди не слишком горячо принимают даже такие шедевральные спектакли, как те, что привезли во Владикавказ талантливые жители Петрозаводска. А у нас ответная реакция наполнена солнечной энергией. Петрозаводцы это почувствовали, погрелись.

«Приведите свои ноги в действие», — советует один из героев пьесы. Не могу этого не повторить, потому что гастроли заканчиваются. Надо успеть «откусить» важного для души…

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ
18.12.2017 Gradus Pro

Татьяна Шрамко уверена, что реформы в санатории «Осетия» приведут к хаосу

Депутаты подсчитали доходы и расходы Северной Осетии и определили самое слабое звено в пополнении казны

«Дом Деда Мороза», народные гуляния, концерты и интерактивный фейерверк. Как Владикавказ встретит Новый год с «нищебродским бюджетом»

Без света и газа — к процветанию и успеху!

13.12.2017 Gradus Pro

В 21 веке семья из Северной Осетии вынуждена топить дом шишками

Хрюша, Степашка и Каркуша подарили маленьким пациентам Владикавказа улыбки и новое оборудование

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: