Break down the Wall!

 

Села писать под «The Wall», поэтому неизбежны соответствующие ссылочки.

С огромным трепетом приступаю к разговору о спектакле «Названные братья» по пьесе Геора Хугаева. Трепет этот связан с моей национальной принадлежностью, которая очевидна из фамилии. Могу ли я говорить о столь глубоко этническом тексте (сначала словесном, потом сценическом), не принадлежа с потрохами к этносу, о котором идет речь? Но у меня мама – осетинка, сын – осетин, и хотя я себя не могу назвать осетинкой тоже, однако выросла я здесь, владею языком и с культурой осетинского народа знакома не по книжкам и фильмам. Это раз.

Второе. Любому этносу интересен взгляд со стороны, хотя я не в стороне, просто на окраине, что ли, чуть-чуть вне, если так можно выразиться.

И третье. Я не люблю национальный вопрос. Он, конечно, существует, но никогда не исходит изнутри меня, всегда извне. Возможно, потому что я в силу рождения нахожусь между.

И если с моей стороны даже со всеми оговорками бестактно говорить о новом спектакле, то простите меня прямо здесь и дальше не читайте.

All in all it was just a brick in the wall…

Спектакль «Названные братья» — о прошлом осетин, о том времени, когда культура народа была монолитной, когда в ней не было трещины, связанной с нарушением обычаев, с табуированными действиями, с тем разложением морали и нравственности, которое, похоже, углубляется с каждым днем. И идеи автора вложены в уста Мысырби (Заслуженный артист РФ С.Хугаев).

Может показаться, что открытое, почти публицистическое обращение к зрительному залу с монологами о том, что должно спасти осетинский народ, — это устаревшая и не совсем уместная форма в современном театре. Я слышала такое мнение от зрителей. Но это не так!

Соблюден баланс, и монологи ровно такой длины, чтобы произнести главное (народ силен не тем, что умеет огрызаться, в том числе с оружием в руках, а тем, что он глубоко, изнутри знает о своей правоте, чувствует собственное благородство и ежедневно подкрепляет поступками национальное и человеческое достоинство), но не утомить.

Качество и уровень актерского исполнения этих сложных текстов – выше всяких похвал.

И если вспомнить о том, кем является герой, произносящий эти уникальные по силе монологи (он конокрад, не слишком благородный разбойник и не самый положительный человек), то ситуация со вставками морально безупречных слов, плохо сочетающихся с повседневным поведением героя, становится до такой степени глубокой и многозначной, что я боюсь в эту сторону двигаться, чтобы, не дай Бог, никого не задеть.

All in all it was just a brick in the wall…

Сценография, что привычно уже для семейной пары Валиевых (сценогаф – Л.Валиева), изысканна и медитативна. Очень лаконичные и простые интерьеры; деревья, лишенные признаков времени года, что подчеркивает притчевость пьесы; камни, которые в некоторых эпизодах, как кажется, должны от сочувствия героям раскалываться пополам… Мне очень понравилось, что нет изображения гор на заднике. Это так тонко, необычно, иррационально даже. Люди живут в горах, они с ними срослись и не замечают их так, как те, кто попадает в подобные пейзажи изредка. Красиво, мудро.

И накат, приближающий зрителя к сцене; и традиционная, почти примитивная, но удобная и крепкая утварь – все в один котел, в плюс спектаклю.

Нереально здорово, что зритель наблюдает за степенными и неторопливыми приготовлениями к кувду, потом за уборкой после него. Просто замечательный ход. Конечно, можно было вынести все за сценическое пространство, но так грамотно, что режиссер показывает нам несуетливый быт осетинского аула. Это какие-то генетически востребованные картины, которые, как мне кажется, украшают действие, углубляют его, выстраивают вертикаль, поднимающую редкую, но все-таки бытовую историю на обобщающий уровень.

All in all it was just a brick in the wall…

Подбор актеров – в десятку. От талантливого мальчика до придирчивого старца, который появляется в самом начале спектакля.

Я хочу предупредить возможный упрек в статичности, в пластической сдержанности актеров. Это не недостаток, а достоинство игры, потому что это свидетельствует о глубоком понимании режиссером осетинского менталитета, в основе которого именно умение скрывать свои эмоции, любой ценой хранить их внутри себя, даже если они такие, что те самые камни лопаются вдребезги.

Две главные женские роли (Заслуженная артистка РСО-А Р.Рамонова и артистка А.Березова) сделаны ювелирно. Видны опыт матери и неопытность дочери, притихшая любовь старшей и разгорающееся чувство младшей, смелость нарушать некоторые требования законов гор со стороны Госка и робость Зарады…

Но братья… Это такая пара, что можно о ней часами говорить. Я не стану. Один, Хъазан (Заслуженный артист РСО-А А.Битаров), увереннее и брутальнее. Второй, Ахсарбек (артист З.Токати), более романтичен, что ли, более мягок. Более наивен, так будет правильнее сказать, потому что он не видит всего, что происходит рядом с ним, он не то чтобы невнимателен, он влюблен и погружен в свои чувства с головой. Это так убедительно выглядит!

А то, что делает Александр Битаров… Когда его персонаж сказал, что не любит Зариду, я думала, что у меня все внутри в клочья разорвется. И я не знаю, каким образом, но каждый атом огромного чувства своего героя актер до меня донес. Зрелая и мудрая игра, затрудненная необходимостью быть сдержанным. Александр Битаров – очень большой актер. Настоящий. И он только лучше становится с каждым следующим спектаклем.

All in all it was just a brick in the wall…

Музыка. За это отдельное спасибо. Просто спасибо. И все. Я не знаю, как комментировать шедевральный музыкальный фон.

All in all it was just a brick in the wall…

Гиви Валиев, режиссер спектакля. Однажды Андрея Тарковского спросили, кто для него В.Высоцкий. Они близко дружили, кстати. Тарковский ответил примерно так: «Поэт? Нет. Есть поэты получше. Музыкант? Нет. С Моцартом я его три-четыре аккорда сравнить не могу. Актер? Тоже спорно, не так уж он хорош в этом деле… Он гений!»

Я бы назвала Гиви гением. А почему я должна бояться? У меня есть аргументы.

Первый такой. Гиви отражает запросы своего времени максимально точно. Он слышит шум эпохи. И если осетинам сейчас нужнее всего вспомнить о Туганове (спектакль «Художник»), о Георе Хугаеве (спектакль «Названные братья»), то он ставит спектакли о них или по их текстам.

Второй аргумент еще более важный. Режиссер обладает чувством баланса. Он знает¸ что такое «чуть-чуть» и ни разу не перешел грань, за которой можно сказать, что «слишком».

Есть еще одна штука. Гиви волнуется, как первоклассник, бледнеет и никогда не бывает уверен в себе на сто процентов и удовлетворен даже на пятьдесят.

Гений!

All in all it was just a brick in the wall…

Концовка спектакля умопомрачительна. И это не о том, что самоубийство Къазана – подвиг во имя любви (он же понимает, как Зараде будет невыносимо его видеть после того, что она о нем узнала). Это о том, что все участники спектакля выходят на сцену и смотрят в зал. Долго. «Предки» смотрят на потомков, потомки – на «предков». И все понимают, как они друг другу нужны. И нет между ними, по крайней мере, в театральном пространстве, воздвигнутой кем бы то ни было стены. Нет ее! Она рассыпалась. Точка. Финал. Катарсис.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

Министр транспорта показал, как нужно работать нашим водителям и какими должны быть наши «Газели»

Русланбек Икаев пообещал помочь обманутым дольщикам, объяснил, почему не продается осетинский кирпич и как привлечь туристов адатом

Правительство решало, как поделить дворы, деньги и гранты

17.04.2018 Gradus Pro

Во Владикавказе открылся интернет-магазин компании KDV

Чем маленькая Финляндия может помочь крошечной Осетии?

13.04.2018 Gradus Pro

Работники ДК Алагирского района возмутились проверкой в отношении руководителя Управления культуры и пристыдили анонима за жалобу на маленькую зарплату

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: