Честь имеют?

25.03.2017 Gradus Pro

Конфликтные видеоматериалы, разлетевшиеся в сетях, ставят под сомнение компетентность правоохранителей

Три резонансных ролика с участием сотрудников ГАИ, «утекшие» за последнее время в интернет, вызвали и продолжают вызывать массу вопросов и откладываться в сознании тревожными зарубами. Первое — Кумехова с ножом против экипажа, второе — Гамосов с якобы табельным пистолетом, и свежее, на котором запечатлено нападение Техова на офицера ДПС.

Возникает резонный вопрос: почему оперативная съемка в мгновение ока оказывается на бескрайних просторах интернета? Согласно действующим нормам, при остановке автомобиля, водитель имеет право фиксировать беседу и происходящее на камеру телефона (видеокамеры), записывать на диктофон. Вторая сторона в лице инспекторов ДПС имеет аналогичные возможности. Так сказать, законодательный паритет, 1:1, выражаясь футбольным языком. Распространение увлекательного боевика-короткометражки в данном случае, возможно, единственная возможность вызвать народную поддержку и не дать «замылить» дело, в котором крайними могут оказаться (а часто все равно оказываются) сотрудники.

По поводу последнего инцидента со стрельбой в ночном городе, причем в спальном микрорайоне, много сказано, и точки зрения людей, обеспокоенных таким беспределом, вполне понятны и обоснованы.

Единственное, с чем нельзя согласиться, так это с тем, что 90-е годы возвращаются. Нет, не возвращаются, потому как в середине 90-х ни один нарушитель покоя граждан или же представитель уголовного мира не позволял себе вооруженный выпад в отношении сотрудника милиции.

В те неспокойные годы набрали оптимальную форму офицеры, которые отслужили 10-15 лет, и в милицию они направлялись по рекомендации трудовых коллективов, по партийно-комсомольскому набору, и сразу же попадали под пристальную опеку наставников.  Может, и присутствовали здесь идеологические штампы, но в любом случае, ответственность перед коллективом накладывала дополнительную ответственность.

В 90-х годах начальник уголовного розыска любого из районов города – это была личность, фигура, и каждый из представителей криминальной среды прекрасно знал, что лучше в кабинет начальника розыска не попадать. Дальше дорога одна — «казенный дом» и «небо в клеточку». Ранее судимые, состоящие на оперативном учете граждане и лица, склонные к совершению уголовных деяний, умели прогнозировать, понимая шестым чувством, что за нападение на милиционера, будь он в форме или без, милиция катком прокатится.

Всегда главным достоянием оперативника была ее величество «информация», полученная по различным каналам и из различных источников, в том числе о настроениях и намерениях уголовного мира. И какова бы не была суть этих каналов, наличие информации было явным свидетельством людского ДОВЕРИЯ. Именно с большой буквы и нужно писать это слово.

А ведь как-то раз наша милиция и действительно прокатилась по уголовному миру, в том числе, по так называемому «спецконтингенту». Случилось это после известного указа первого, ныне покойного президента Северной Осетии Ахсарбека Галазова о неотложных мерах по борьбе с преступностью и укреплению правопорядка. Указ был обнародован летом 1995 года, после убийства Юрия Худалова, который в результате кадровой реформы республиканского правительства был назначен на должность председателя комитета вино-водочной и перерабатывающей промышленности. Высокопоставленного чиновника расстреляли утром на улице Коцоева, когда он шел на работу, не пробыв в своем кабинете даже минуты.

Прямо скажем, тогда сил, навыков и умений у милиции хватило, чтобы уголовный мир на определенное время притих. Кто не успел схорониться, оказался в камере, а камеры были полные, и среди тех, кого закрывали, были ранее судимые и те, кто причислял себя к авторитетам. Последних было немного, но факт остается фактом.

Резонансное преступление, жертвой которого стал высокопоставленный чиновник, так и осталось нераскрытым, но раскрылись другие, как это нередко бывает. Такова практика и специфика оперативно-следственной работы. Да и вообще, есть непререкаемая аксиома, которая звучит просто и доступно – преступления совершаются не для того, чтобы они легко раскрывались.

В описываемые времена даже «южненско-гэсовская» группировка не могла рискнуть пойти на жесткое силовое, а тем более вооруженное противостояние с сотрудниками милиции, хотя отдельные выпады в отношении офицеров органов внутренних дел случались, но до откровенной угрозы жизни или покушения на убийство дело не доходило. Было такое, и неоднократно, что после задержания «гэсовского» остальные члены организованной вооруженной устойчивой группы подъезжали к райотделу. Сумрачного вида молодые люди, большей частью небритые, с рациями в руках, возможно, хотели таким образом продемонстрировать, как это сейчас модно называть, корпоративную солидарность.

Возможно, в республике появятся серьезные специалисты, которые получат доступ к различным материалам, в том числе и к архивам правоохранительных органов, чтобы на научной основе дать срез криминальной среды и одновременно представить добротный анализ состояния дел в самом многочисленном правоохранительном ведомстве. Это должно дать ответы на многие вопросы, но пока желающих обрядиться в экспертные одежды не наблюдается.

Безусловно, не стоит идеализировать те времена и утверждать, что в 90-х годах была исключительно чистая милиция – не могла она быть чистой, потому как в нее проникал дух, которым было настояно и пропитано общество.

В милицию РСО-Алания устраивались или попадали (именно в этих глаголах и кроется вся тревога) люди, которые реально рассчитывали делать деньги – здесь и сейчас. Если работать в органах внутренних, то на узкопрофильную оперативную работу, желательно сразу после юрфака СОГУ и исключительно в центральный аппарат Управления по борьбе с экономическими преступлениями (УБЭП), а крайне желательно  — в отдел по пресечению незаконного оборота спиртоводочной продукции. Работать на земле, то бишь, начинать с райотдела, к примеру, с должности участкового, мало кого прельщало.

А если идти в ГАИ, то лучше всего в регистрационно-экзаменационное отделение, где правами и госномерами ведают. На «худой конец» — в уголовный розыск, и желательно по линии  имущественных посягательств на автотраспортные средства, где не по-детски лакомы и притягательны факты возврата автовладельцам похищенных автомобилей.

Печаль была и в том, что та самая «информация», о которой выше сказано, безнадежно утекала к тем, в отношении кого она и собиралась. Но время показало, что такое утекание — лишь ручеек по сравнению с тем, какой неведомой волной за последние десять лет было размыто или же жестко выкорчевано так называемое «среднее звено» в органах внутренних дел.

Молодые приходили в милицию, новичков надо было учить, пестовать и настраивать на работу, и с каждым годом оставалось все меньше и меньше тех, кто мог бы это делать. Свою роль сыграла и трансформация милиции в полицию, когда от неугодных и несогласных просто избавлялись – ведь любой недостаток при желании можно раздуть до неполного служебного соответствия. Да и подбиралось в таком случае замысловатое предложение о том, что «тебя не видят» в новой структуре, потому как по ряду параметров «не вписываешься» в создаваемую управленческую конструкцию. Один из параметров – иметь собственное мнение, радикально отличающее от мнения того старшего офицера, который наделил себя или же был наделен полномочиями по формированию новой команды в отдельно взятом подразделении.

Если провести сравнительный анализ, то в середине 90-х и 2000-х годов офицеров милиции со стажем работы от 10 до 15 лет и более все же несравненно больше, чем сейчас. Есть по этому поводу грустное высказывание: когда преобладают старые кадры — это трагедия, а когда слишком много молодежи – это уже комедия.

А теперь к тому, с чего начали — с тех самых трех видео, но при этом вопрос поставим в несколько другой плоскости: а почему упомянутые нарушители (преступниками их может назвать только суд), позволили себя так вести и разговаривать с полицейскими, блюстителями порядка? Есть у футбольных комментаторов и обозревателей фраза – «команда играет так, как позволяет соперник», и как ни горько сознавать, она близка к истине. Но есть еще и другая, несколько казенная фраза, о которой следует напомнить – «у органов достаточно сил и средств для того, чтобы контролировать ситуацию». Видимо, одного контроля уже недостаточно.

Непросто и опасно для жизни иметь дело с неадекватными порой людьми, но это не издержки профессии, а ее суть. И человек, поступивший на службу, именно на службу, а не на работу, должен прекрасно осознавать – на него смотрят люди и надеются. Надеются на то, что не будет таких инцидентов – ведь один выстрел, пусть даже случайный во время задержания, это жирный минус в операции по аресту нарушителя спокойствия. А если учитывать, что нарушитель за пару часов до злосчастного выстрела буянил в ресторане и подвергся только «профилактической беседе» со стороны сотрудников вневедомственной охраны, то становится очевидным, что о безопасности, которая, согласно отчетам, ежегодно повышается и усиливается, говорить можно с многочисленными условностями. Очевидно, что появилась пугающая тенденция поднимать руку, а в последнем случае и пистолет, пусть и травматический, на представителей правоохранительных органов. А в какой безопасности тогда рядовые граждане? Безусловно, на улицах гораздо спокойнее, чем в 90-е, и усилия полиции заметны, но тревожные сигналы, бросающие тень на профессионализм сотрудников, отрицать нельзя.

Вывод один: пора обходиться без минусов, а надежды пора оправдывать «имеющимися силами и средствами».

Автор Сергей Кудзиев

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

ММАшники Северной Осетии просят огня

16.10.2017 Gradus Pro

Полет дизайнерской мысли во Владикавказе скрывают от излишней скромности и чрезмерной халатности, и только «Сердце столицы» открыто и горячо

Битаров испытал в Моздокском районе целую гамму чувств

Дмитрий Анатольевич, благословите, мы нашли за что держаться — биоэтанол

Спасут ли растущие налоги республиканский бюджет?

Во дворах Владикавказа и Алагира прошла инспекция: одни довольны, другие нет

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: