Голос 60+

Как живут несостоявшиеся пенсионеры

Второй год идет пенсионная реформа, но с позитивными результатами пока туго, и очень трудно понять, лучше ли жить стали наши пенсионеры, и могут ли они, как их одногодки из западных стран, ни в чем себе не отказывать и путешествовать по городам и странам без ущерба для бюджета?

Если говорить о нашей республике, то становится просто стыдно и неловко – мы постоянно твердим о кавказском менталитете, уважении к представителям старшего поколения, но за два года так и не посчитали нужным понять, что изменилось в их жизни.

От прежней информационно-пропагандисткой кампании о неотвратимости пенсионной реформы, которая порой велась в агрессивном и оттого необычном формате, остались данные официальной статистики по состоянию на 1 апреля 2018 года, и они заслуживают внимания. Тогда численность населения республики составила 700 тысяч человек, из них пенсионеров – 206 тысяч человек или 29,5% жителей Северной Осетии. Количество получателей страховой пенсии по старости составило 165,6 тыс человек, а число работающих пенсионеров – 40 тыс. Средний размер страховой пенсии по старости неработающих пенсионеров составлял около 13 тыс рублей.

Разве это не внушительный, отправной базис для исследований и пристального анализа хода пенсионной реформы? Но за два года ни одной попытки в этом направлении, даже намека не было.

Депутаты всех уровней данной темой не озадачились – видать, есть задачи поважней, чем социальное самочувствие почти каждого третьего жителя республики, которые, по большому счету, и являются 100% электоратом, но ведь о нем обязательно вспомнят лишь в 2022 году, ближе к очередным парламентским выборам.

Общественные организации сейчас больше нацелились на контрольно-проверочные функции, их активисты проявляют недюжинные способности в вопросах качества строительства больниц, поликлиник, ФАПов, школ и детских садов. Активисты уже разбираются в тонкостях горячего питания школьников, сумели вникнуть в аспекты его финансовой и калорийной сбалансированности. Впрочем, никто не против жесткого контроля за расходованием народных денег, но перекос слишком очевиден. Хотя с их стороны лучше было бы для начала заметить удрученные лица пенсионеров, внимательно просматривающих ценники в торговых сетях.

Кто, если не общественники должны жестко и неумолимо ставить перед властью острые вопросы, инициировать проведение социологических исследований для понимания того, что-то не так пошло в пенсионной реформе.

Переход от «уверенности в завтрашнем дне» ко времени, когда каждый сам за себя в поисках своего места под рыночным солнцем, оказал свое гнетущее влияние на численность народонаселения. А результат здесь со знаком «минус».

***

Сторонники реформы также твердо заявляли о том, что увеличение пенсионного возраста не создаст напряженности на рынке труда. Такое суждение основывалось на крайне низкой конкуренции между пожилыми и молодыми людьми, обусловленной возрастными профессиональными предпочтениями. Все сводилось к тому, что люди предпенсионного и пенсионного возраста традиционно работают в промышленности, сельском хозяйстве, образовании, здравоохранении, и маловероятен тот факт, что токарю в возрасте 60 лет кто-то из молодых рабочих будет дышать в спину.

Завершая тему возрастных профессиональных предпочтений, недопустимо забывать об учителях и врачах. В открытом доступе (http://trud.alania.gov.ru/activity/employment/vacancies) можно легко обнаружить не менее пяти десятков вакансий педагогов.

География мест, где бы пришлись к школьному двору молодые педагоги, впечатляет, но настораживает откровенно слабая вилка ежемесячной заработной платы от 12130 до 17000 рублей.

Крайне редко проскакивает более высокий уровень оплаты труда, и это школа в селении Виноградное Моздокского района, где учителю английского языка обещают 20 тысяч рублей, а 24 тысячи рублей в месяц готовы платить учителю русского языка и литературы в одной из школ районного центра. Интересно, какой молодой специалист, которому гарантирована чаще всего «минималка», устремится в школу, чтобы дать понять, что пора попрощаться с ремеслом своим старшим коллегам-педагогам, коим далеко за 60 лет?

Сейчас не поймешь, старение учительских кадров – это бренд или тренд, как и не найдешь смельчаков-чиновников, способных за счет управленческих решений и инноваций переломить столь тревожную ситуацию.

Аналогичный расклад и в медицине, и если внимательно изучить список вакансий, то речь идет о нехватке 150 врачей и двух десятков медицинских сестер и фельдшеров. В республике около 3,5 тысяч медработников, и получается, что каждое 20-е место до сих пор так и не востребовано.

Вот вам и мифическое разделение труда по возрасту, не выдерживающее никакой критики, а логикой здесь и не пахнет.

Сторонники пенсионной реформы, пытаясь заглянуть на 10 лет вперед, а именно столько отводится на ее реализацию, заявляли о том, что теперь работодателям выпадет чуть ли не уникальный шанс использовать опыт тех, кого законодательно задержат с выходом на пенсию – на пять лет можно увеличить срок наставничества, наполнить реальным содержанием преемственность поколений. Идея из области великолепных, но и она может быстро усохнуть, если наставничество не будет серьезно поддержано правами, льготами и деньгами.

Пока в этом плане ни федеральные, ни региональные депутаты свою позицию так и не обозначили.

***

Отправить на заслуженный отдых с благодарными, искренними речами и премией – это одно дело, другое – это заслуженный, читай, достойный отдых, когда не надо принимать сердечные после полученной квитанции за ЖКХ-услуги, и не надо считать, сколько же дней осталось до очередной даты получения пенсии.

Пока понятна только одна цифра — это плюс пять лет для мужчин и женщин, но так быть не должно, потому что примитивно и тривиально. Нельзя менять только один фактор и застенчиво, словно невеста в углу, отводить глаза от иных, более сложных жизненных реалий, требующих жесткого вмешательства и серьезных, затратных решений.

При большой натяжке и великой доле оптимизма, можно сказать, что два годы мы раскачивались, издалека присматривались к вялотекущей пенсионной реформе, рассчитанной до 2028 года. Но в ближайшие восемь лет все эти «растяжки-перетяжки» могут просто лопнуть, а оптимизм в отличие от маразма, имеет свойство не крепчать, а иссякать.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ
22.10.2020

Минсельхоз обещает больше мяса, молока и грантов, и ничего не может сделать с ценами на хлеб

Министр о печальных и позитивных аспектах республиканской экономики

15.10.2020

Поиск и подбор сервисов для бизнеса в настоящий момент является актуальной задачей для руководителей и […]

Как живут несостоявшиеся пенсионеры

PRO коронавирус, при котором все равны, но некоторые равнее

08.10.2020

Доходы, долги и зарплаты Владикавказа

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: