Клетка

Я ударил его. Первый — с головы, второй – боковым хуком в челюсть. Он упал.  Это произошло час назад, на моей лестничной клетке.  Пьяный сосед непозволительно себя вел.  Я пацифист по натуре, но иногда люди переходят рамки дозволенного.  Он перешел их настолько, что прямо сейчас бы вырыл ему могилу и бросил туда холодный труп нетрезвого наглеца. В такие моменты моё сердце перестает качать кровь, а мозг теряет контроль над телом. По венам растекается обжигающий гнев, а в голове только одна мысль – избивать, калечить, убивать.  И это лучше чем любовь, смирение, счастье, секс, алкоголь или наркотики. Мужчины поймут.  Включается, так называемый, режим берсерка, полученный путем уличной закалки, сомнений и бессонных ночей.

В школе я никогда не считался крутым бойцом и не входил в мажорную элиту. Да и не очень хотелось. Пока сверстники ходили на тренировки, я курил и читал книги.  Если бы вы назвали кому-нибудь мою фамилию, вероятно, вам бы ответили что-то вроде «Простой нормальный пацан». Такая характеристика полностью устраивала постоянно прогуливающего занятия Хетага. Мой кодекс бездельника гласил – Не трогай меня, и я тебя не трону. Вроде бы, что в этом сложного? Если бы это правило с детства внушали людям, не было бы никаких войн, а тем более той драки за школьным двором.

Sonny Ericsson w850i. Мой первый телефон. Согласитесь, круто для 7-классника. До этого были жалкие алкатели и сименсы, но не будем брать их в расчет. Я любил Соню всей своей школьной душой. В священной папке «Музыка» хранились гимны того времени: различные Кэнди Шапы с Мокингбердами.  Конечно, продавались модели и лучше, но у этого был характер. Он включался, когда хотел, выключался также.  Я никогда не обижался на его выходки. Благодаря нему мой мир становился красочнее и интереснее. Так продолжалось довольно долго, пока однажды у меня не попросили позвонить.

— Салам, дай гудок пущу, сразу отдам,– их было двое, одеты были в профессиональную униформу: спортивки, шлепанцы.

Будучи человеком не жадным, я решил выручить парней.  Звонили они долго, иногда посматривали друг на друга.  Потом один из них сказал:

— Можешь идти.

— Хорошо, давай телефон, – как же я был наивен.

— Нет, иди отсюда по-хорошему, – взгляд у агрессора был недобрым. Сообщник стоял за его спиной и ухмылялся.

— Дай телефон, говорю.

— Пойдем, поговорим.

Ну вот и всё. Было понятно, чем всё закончится. Вряд ли бы у нас получилась интересная беседа.

— Да отдай телефон, мне его мама купила.

На что я надеялся? Зачем я это ляпнул? Вряд ли бы они сказали «Ооо, что же ты сразу с этого не начал? Что, правда мама купила? Вот, возьми телефон, малыш, поправь рубашечку и беги на уроки».  Мы отошли за школу.  Я чувствовал, как дрожат коленки.  Но уступать не хотел.  Первый удар пришелся в нос.  Голова закружилась.  Потом резкий толчок в живот.  Они могли забить меня до смерти. Жестокость характерна для подростков. Но мне на помощь пришел старшеклассник. Он прогнал чужаков и вернул мне Соню.

Ночь я провел в клетке. Кто-то соорудил её в моей голове. И сколько не сжимай прутья, выбраться было невозможно.  Соседом по камере был парень по имени Стыд. Он задавал мне бесконечное количество вопросов, на которые я не мог ответить.

— Подумать только, ты ныл, как обиженная девочка. Они просто так взяли и забрали вещь, которую тебе подарили. А если бы это видел отец? Ты вообще мужик? Выглядишь, как половая тряпка. Будешь избегать этих парней  всю жизнь?  Какой же ты слабак…

— Заткнись! Заткнись! Ненавижу! – я бил кулаками по подушке, пытаясь заглушить этот голос.

— Ненавидишь меня? Ошибаешься, ты ненавидишь себя. Ведь я у тебя в голове… — он прав, спорить было бесполезно. Потом свет всё-таки отключили, и наступила тишина.

На следующий день из школы  я вернулся побитым. Но довольным. Жертва настигла охотников. Рубашка помялась, штаны протерлись. Из губы текла кровь, под глазом красовался синяк.  Страх был пересилен. Меня больше не тронут. Стыд испарился, прутья клетки ослабели. Большая победа маленького человека.

Улица часто преподносила сюрпризы. Каждый нормальный парень входил в армию дворовых воинов. Битвы «сторонка на сторонку» славились жестокостью и кровопролитием. Мы выпускали пар. Чак Паланик ничего не знает о драках, не бежал на врага, покрывая всех вокруг матом. Не бросался  под шквал ударов только за тем, чтобы позже пацаны говорили « Че ты за дикий». Хотя я тоже не бросался. Но знаю пару человек с таким хобби.

Каждый бой закалял. Со временем боль перестала вызывать дискомфорт, а наоборот, доставляла странное удовольствие.  Но всегда оставался Страх Смерти. Человек в белом смокинге и прозрачными глазами. В ночь перед стычкой именно он сидел со мной в клетке. И мучил сильнее, чем стыд:

— Тебя пырнут ножом. Обязательно. Всем будет плевать, никто не успеет спасти.  Ударят камнем по голове, ты навсегда останешься идиотом… Мать с отцом не смогут вылечить твой недуг, никто бы не смог…

Как от него избавиться? Когда прутья согнутся? Куда бежать? Казалось, это будет продолжаться вечность. Он никуда не денется. Неужели единственный выход – это умереть от бессонницы? Но всё оказалось намного проще и опаснее.

Вокруг меня стояло 6 человек.  Они кричали, толкались. Я видел, как снежинки падают на асфальт и медленно умирают. Фонари тускло освещали дорогу. Наверное, мне было наплевать на происходящее. Подумаешь, гопники. Главарь их «банды» вцепился в воротник моего пальто, пытаясь повалить на землю. Попытка не увенчалась успехом.  Не потому, что я великий борец, просто он был слабым противником.  Вероятно, его об этом уведомили.  Мне в грудь уперлось дуло пистолета. Сердце забило в колокола, адреналин заиграл. Мы смотрели друг другу в глаза, и если бы в моих он заметил маленькую искорку страха, выстрел бы раздался. Но человек в белом костюме исчез. И прутья поддались. Свобода.

— Стреляй.

Но ничего не произошло.  Я развернулся и пошел своей дорогой. Они сели в машину и уехали. Отличный финал испорченного вечера.

Смерть – это прекрасная женщина в черном вечернем платье. В тот день она в первый раз в жизни пригласила меня на танец. Я чувствовал ледяное дыхание.  И был готов к её поцелуям.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

Партии и ЦИК обвинили друг друга в «каруселях» и вбросах

ПРО уставших избирателей, потери «Единой России» и «Патриотов», возвращение ЛДПР и дебют «Родины»

Первый пресс-аташе в отечественном футболе Андрей Айрапетов рассказал о встрече с Пеле, шампанском для ливерпульцев и клюшке от Харламова

От роста доходов до падения промышленного производства

Наша жизнь в определенной степени зависит от акциза, хотя не всегда можно узреть и почувствовать его на ощупь

Хватит ли денег на жизнь отдельно взятой семье

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: