Леонид Тибилов: Южная Осетия хочет в состав России, но сейчас это может навредить Москве

29.05.2015 Gradus Pro

Сегодня в Южной Осетии отмечают День провозглашения Акта независимости. В республике официальный выходной, в честь 23 лет независимости в Цхинвале выступает оперная певица Амага Готти с сольным концертом, а президент РЮО дал эксклюзивное интервью спецкору ТАСС, которое спустя 2 часа после публикации было заблокировано американскими серверами. Леонид Тибилов откровенно рассказал об объемах российских инвестиций в РЮО, о странах Африки, готовых признать независимость республики, и впервые озвучил имя будущего посла Южной Осетии в России.

— Господин президент, в ходе пребывания в Москве в дни празднования Победы в Великой Отечественной войне вы говорили о том, что в рамках договора о союзничестве между Россией и Южной Осетией будут подписываться дополнительные соглашения. Какие документы планируется подписать в первую очередь? Что можно ожидать в этом году?

— Хотел бы, прежде всего, отметить, что в Москве мне приходится бывать. Но мое пребывание 8-10 мая — это особое впечатление, это целый эпизод в моей жизни. Это было грандиозно, это было серьезно, это было мощно. Хотел бы пожелать всему народу России того настроя, который мы увидели в Москве. Это настрой на жизнь. Я еще раз убедился, что Россия расправляет плечи и дает такую возможность не только своему народу, но и народам, которые близки России. Я считаю, что Россия всегда была привержена мирным путям решения вопросов.

Я планирую посетить в ближайшие дни с визитом Москву. Есть определенные вопросы, которые нужно обсудить.

Что касается вопроса о договоре и дополнительных соглашениях. Это договор рамочный, и здесь предусматривается работа практически по всем направлениям, в том числе по внешнеполитической деятельности, по вопросам взаимодействия министерств обороны. Здесь я могу сказать, что выработан единый контур обороны нашей республики, это и вопросы безопасности, охрана границы. Это одна статья нашего договора. И, конечно же, эта статья должна быть дополнена как раз теми соглашениями, о которых я тогда сказал. На это отведено время — примерно шесть месяцев после ратификации. За это время должны быть проработаны все дополнительные соглашения, которыми будет предусмотрен порядок вхождения отдельных структур министерства обороны Южной Осетии в соответствующие структуры Российской Федерации, то же самое по линии комитета госбезопасности. По линии МВД тоже предусматривается создание единого координационного центра, он будет заниматься сбором и анализом данных о преступных элементах.

Нужно проработать вопросы взаимодействия наших таможенных служб. То есть общее понимание взаимодействия есть, а как это будет осуществляться — нужно расписать.

Мы у себя уже определились с рабочими группами, и работа уже ведется. Речь идет о порядка десяти дополнительных соглашениях: по военно-политическим вопросам, по вопросам свободного пересечения границы, здесь, кстати, будут ограничения, касающиеся аспектов соблюдения мер безопасности. Будет соглашение по линии комитета госбезопасности, также будет дополнительный документ по линии МВД, по линии таможенных служб. Договором предусматривается упрощение процедур получения гражданства РФ гражданами Южной Осетии, и здесь тоже должно быть все проработано. Будут проработаны вопросы по линии образования, по линии медицины.

— В марте вы говорили, что идея вхождения Южной Осетии в состав России есть, но сейчас ее реализация не стоит в повестке дня. Что должно поменяться, чтобы она оказалась в повестке дня? Может ли это произойти в ближайшие годы?

— Этот вопрос волнует всех нас, всех жителей нашей республики. Эта идея появилась не сейчас, она логична, она существовала еще в советские годы. Тогда я слышал и от старших, и от младших, и от ровесников, что как бы не складывалась ситуация, Южная Осетия в перспективе должна воссоединиться с Северной Осетией. Все-таки это один народ, он разделен.

Идея существует, мы ее получили от предков и будем передавать нашему младшему поколению.

Но сегодня, говоря о том, что происходит между Россией и Южной Осетией, я в основном хочу указать на очень высокий уровень отношений. Я могу сказать, что наш договор о союзничестве стал 80-м документом, закрепляющим наши отношения. Рядом с союзничеством — и вопросы интеграции.

Получается, что с каждым разом у нас все плотнее происходит и взаимодействие, и сотрудничество. То есть более углубленный процесс интеграции.

— Если вопрос будет на повестке дня, решение должно приниматься на референдуме?

— По референдуму есть свои соображения. Договор, который подписан, предусматривает внесение изменений в законодательство как нашей республики, так и РФ. По реализации тех статей, которые имеются в договоре, референдум не нужен.

Что же касается реализации нашей общенациональной идеи по вхождению в состав России, то здесь можно сказать о том, что в Южной Осетии уже были проведены несколько референдумов по данному вопросу. 29 мая мы отмечаем день принятия Верховным советом республики акта о государственной независимости, этот акт был принят по результатам референдума от 19 января 1992 года, когда народ высказался за независимость и перспективу воссоединения. Еще было несколько референдумов, когда наш народ выражал свое отношение к вопросам вхождения.

Нужно ли будет юридически проводить новый референдум, есть отдельные мнения. Но наш народ готов, если понадобится проведение такого референдума, проголосовать за вхождение.

Когда мы обсуждали с коллегами варианты будущего договора, я лично выступал с предложением обсудить вхождение.

Но если ставить вопрос, когда наступит момент, то могу сказать, что мы очень аккуратно подходим к этому аспекту. И президент Южной Осетии, и члены правительства исходят из того, что мы не должны навредить интересам России в это сложное время, когда геополитическая ситуация очень непростая. Мы не хотели бы подвергать рискам нашего стратегического партнера и союзника.

Мы ждем этого исторического момента, знаем настрой наших людей, народ скажет однозначно «да».

Я тщательно изучаю настроения нашего народа. Эта идея принадлежит каждому осетину.

Произошли ли какие-то изменения в объемах финансовой помощи, направляемой со стороны России Южной Осетии? Каков объем этой помощи в текущем году, на что будут потрачены средства?

— Россия в самые трудные минуты и времена нас поддержала и продолжает поддерживать. Если откровенно, сегодня мы живем здесь за счет финансовых вливаний от России. Эту помощь можно поделить на две составляющие.

Во-первых, идет реализация инвестиционной программы на 2015 год, она утверждена на одном из очередных заседаниях межправкомиссии. Сумма, которая предопределена для реализации инвестиционной программы по вопросам восстановления, ввода в действие отдельных объектов, строительство дорог, домов, составляет 2,8 млрд рублей. Плюс 260 с лишним млн рублей предусмотрено в этом году на развитие реального сектора экономики. Таким образом, получается, что по инвестиционной программе в этом году предусмотрены 3,06 млрд рублей. Примерно такие же суммы предопределены решением межправкомиссией на последующие два года.

То есть Россия уже приняла решение оказать помощь Южной Осетии на трехлетний период. Это реальная помощь для возрождения республики. Без России нам было бы гораздо трудней еще и до 2008 года.

Вторая составляющая общей помощи — это поддержка бюджетной сферы. Примерно 3,6 млрд поступает в республику ежегодно на зарплаты, пенсии, другие пособия и на содержание тех объектов, которые введены и вводятся. То есть около 7 млрд рублей мы получаем со стороны РФ.

Хочу отметить, что Южная Осетия предпринимает усилия для того, чтобы самим пополнять бюджет. Здесь у нас наблюдается рост. Если в 2013 году за счет внутренних резервов мы вносили в общий бюджет примерно 400 с небольшим миллионов рублей, то в 2014-м, и будем надеяться, в 2015 году, эта сумма возрастет практически в два раза. То есть ищем внутренние ресурсы. Будем работать и над тем, чтобы вливания, которые пойдут на реальный сектор экономики, использовались для того, чтобы появились мощности и рабочие места.

— Природа Южной Осетии, безусловно, располагает к развитию туризма. Что-то делается в этом направлении?

— Природа, конечно, к этому располагает. Мы будем рады принимать гостей. Здесь речь может идти о об экотуризме, других направлениях. По этой линии разработана хорошая программа. Природа дана Богом, но мы люди, и нужно создавать условия. И одно дело — разработать какие-то маршруты, но если люди приезжают с семьями, вся система должна быть разработана и отлажена. До этого мы, к сожалению, пока не дошли. Слишком много было разрушено, и на этом фоне строить в горах дома отдыха, отели, гостиницы пока тяжеловато.

Но программа есть, и будем постепенно реализовывать ее. Скажем, что-то создавать в одном ущелье, затем в другом. В этом году начинаем, например, строить детский лагерь. С туризмом пока трудности, но будем работать по этому вопросу.

— Естественно, продолжается работа по укреплению позиций республики на международной арене. Различные диписточники отмечают, что работа по вопросу признания независимости Южной Осетии ведется не только со странами Латинской Америки, но и со странами Африки. Можете ли вы подтвердить это? Сколько стран и когда могут объявить о признании независимости республики? Что это за страны?

— Что я могу сказать. Задача республики и нашего внешнеполитического ведомства заключается в том, чтобы, конечно же, укреплять международные позиции, расширять круг государств, которые бы нас признали. Мы благодарны великой России, которая нас признала первая. Этот день стал отсчетом нового времени для нас. Именно с этого дня начинается работа по стабилизации ситуации, она была очень непростая.

Работа по международным позициям Южной Осетии будет продолжатся. Россия нам помогает, содействует тому, чтобы мы встали на ноги, и мы встанем, и будем непосредственной опорой для России.

Мы признаны и другими несколькими странами: это те же Никарагуа, Венесуэла. С этими странами у нас довольно хорошие отношения. В Москве 9 мая я встречался с президентом Венесуэлы. Мы тепло пообщались и еще раз подтвердили приверженность принципам, заложенным в наших договорах. Мы договаривались о том, что будем встречаться, будут культурные обмены.

В Никарагуа в 2012 году гастролировал наш государственный ансамбль «Симд». Около восьми тысяч человек познакомились там с нашим искусством. У Венесуэлы тоже есть желание, чтобы наш ансамбль там побывал, так что мы будем эти направления отрабатывать.

Недавно мы принимали министра иностранных дел Науру. С упомянутыми странами мы поддерживаем соответствующие отношения, и через них мы будем стараться выходить на другие государства, чтобы Южная Осетия была как-то на виду.

В начале года мы принимали представителей Эритреи. Состоялся серьезный разговор, мы тоже планируем приехать туда. Есть целый ряд стран Африки и Латинской Америки, к которым мы обратились, и нам отвечают, что уже ведется определенная работа.

— Если позволите, очень прямой и конкретный вопрос: собираетесь ли вы баллотироваться на второй срок, кто будет назначен главой МИД страны и послом в России?

— Что касается посла. Министерство иностранных дел Южной Осетии представило соответствующие документы российской стороне. Мы ждем ответа. Речь идет о нашем земляке с хорошим юридическим образованием, с опытом работы в прокуратуре, он очень грамотный и толковый, предан идеалам своего народа и России. Это Знаур Гассиев. Это внук старшего Знаура Гассиева — патриарха югоосетинской политики, участника ВОВ, в свое время занимавшего серьезные должности и работавшего в Москве. Надеемся, что вскоре получим ответ по поводу нашего кандидата, и тут же назначим его послом в РФ. Я на этого человека возлагаю серьезные надежды.

Что касается министра иностранных дел, то сейчас обязанности исполняет Казбулат Цховребов. Назначение получилось автоматически, он был первым заместителем министра. Это человек надежный и грамотный, с серьезным дипломатическим образованием, закончил МГИМО, знает языки. Так что сейчас это некоторая проверка, и он может быть руководителем МИД.

Что касается первой части вопроса. Я считаю, что до 2017 года есть время. Это время должно быть использовано таким образом, чтобы мнение о действующем президенте, если оно положительное, закрепилось. Если он сможет повлиять на это мнение в плане закрепления рейтинга, авторитета, то это положительный знак для принятия решения баллотироваться.

В жизни исключать ничего не надо. Но решать народу, и если такое отношение у народа будет, то народ получит соответствующий ответ.

— В конце прошлого — начале этого года сложилась напряженная ситуация в отношениях между вами и парламентом во главе со спикером Анатолием Бибиловым. Споры шли, в том числе, вокруг проекта договора о союзничестве с Россией. Удалось ли сейчас преодолеть эти противоречия? Насколько стабильной является внутриполитическая обстановка в Южной Осетии?

— Хотел бы отметить, что какой-либо напряженности между президентом республики и председателем парламента Анатолием Бибиловым не было и нет. Конечно, он, являясь председателем парламента, проявляет свой стиль работы. У меня свой стиль. Они в некоторой степени отличаются. Но мы регулярно встречаемся и каждый раз отмечаем, что и президент, и председатель парламента должны способствовать тому, чтобы сохранить мир в республике, сохранить стабильность. Ведь в конце 2011-начале 2012 года республика находилась на грани внутренней войны. У Анатолия Бибилова это понимание есть.

При обсуждении нашего договора, на тот момент проекта, подход был определен. Мы обсуждали проект на политсовете при президенте, где присутствовал не только председатель, но и несколько представителей парламента, в том числе два его заместителя. Работа шла по плану. Если возникали противоречия по варианту проекта договора, то они касались законодательной части. Например, при обсуждении взаимодействия министерств обороны Южной Осетии и России или вхождения отдельных структур были вопросы, а как же все-таки это произойдет.

Сегодня парламент, и, в частности, Анатолий Бибилов понимает, что для реализации договора нужно будет провести соответствующую работу по внесению изменений в отдельные законы. Так что мы ищем пути, которые и всем народом должны восприниматься однозначно, пути, которые не будут нас разводить в стороны, а будут сближать наши позиции. Такая договоренность есть. Надеюсь, что Анатолий Бибилов будет придерживаться договоренностей, которые имеются с президентом республики.

У парламента очень много работы, и я всегда направляю парламент на то, чтобы каждое ведомство занималось своими непосредственными вопросами, а парламент бы занимался непосредственно вопросами законотворчества и законодательной деятельностью.

Что касается вопроса о стабильности в республике, то здесь нужно привести примеры. Они из нашей повседневной жизни. Раньше не было свадьбы без интенсивной стрельбы и всевозможных нарушений. В те же святые места не позволено приходить с оружием, но это практиковалось. А какая новогодняя ночь без эксцессов. Сегодня же свадьбы проходят как свадьбы, люди радуются и не оглядываются, не боятся.

Смело могу сказать, что в последние три года на территории республики не наблюдается никаких разборок, бандитских сходок.

Люди стали свободнее общаться друг с другом, не боятся делиться мнениями, не чувствуют преследований, ходят спокойно друг к другу в гости.

Я как руководитель государства, конечно, не успокаиваюсь. Успокаиваться нельзя. Раньше мы проводили еженедельно совещания с представителями правоохранительных органов, и результат есть. Но сегодня совещания продолжаются, мы проводим их раз в две недели или перед праздниками.

На данный момент каких-либо деструктивных сил в республике, которые бы мы могли отнести к какой-то организованной группе, нет. И народ это отмечает.

— В ходе визита в Донецк для участия в торжествах в честь Дня Победы Анатолий Бибилов говорил, что сотрудничество Южной Осетии с ДНР и ЛНР будет развиваться по разным направлениям, в том числе в военной сфере. О чем конкретно идет речь?

— Заявления Анатолия Бибилова понятны. Южная Осетия — это первая страна, которая признала ДНР и ЛНР. Мы это сделали без какого-либо принуждения. Это наше собственное отношение к событиям. Я лично без каких-либо колебаний принял это решение, когда поступила просьба со стороны руководства ДНР и ЛНР.

Сегодня мы тоже признаны и Донецком, и Луганском. Буквально месяц назад мы открыли там свои представительства. И мы будем работать над расширением сотрудничества.

Что имелось в виду под помощью, в том числе по военной линии… Здесь не секрет и не тайна, что многие из наших молодых ребят и защитников нашей республики по зову сердца, непосредственно так, выехали в эти республики, когда там осложнилась ситуация и когда киевская власть начала уничтожать свой собственный народ. Мы через такие испытания тоже проходили. Так что в этом и есть помощь.

На сегодняшний день многие ребята там продолжают находиться, но основная масса вернулась. И многое будет зависеть от развития ситуации, от шагов Киева, как в дальнейшем поведут себя представители нашей молодежи, наши защитники, которые умеют ценить мир.

— Отмечаете ли вы какие-либо изменения во взаимодействии Грузии с НАТО? Иногда приходится слышать мнение, что Североатлантический альянс понял бесперспективность укрепления в регионе и теряет интерес к Грузии. Согласны ли вы с такими оценками?

— Наблюдая и отслеживая ситуацию, с которой мы сегодня сталкиваемся на территории сопредельного государства, я бы не сказал, что интерес со стороны Запада и НАТО снизился. Подтверждения есть. Например, несколько дней назад завершились учения альянса на территории Грузии. В этих совместных учениях участвовало более 600 военнослужащих из различных стран НАТО.

Можно вспомнить и о проведенной в Турции встречи НАТО, на которой присутствовала глава МИД Грузии. Много встреч и соответствующих форумов проходят. Мы наблюдаем тяготение Грузии к странам Запада, европейским странам.

Генеральный секретарь альянса Йенс Столтенберг ведь конкретно говорит, что НАТО будет продолжать работать с Грузией. И они будут работать с территории Грузии против Южной Осетии и Абхазии.

Настрой НАТО и стран Запада, а также США нам известен. То, что сегодня какие-то проекты не реализуются, авторами которых являются западные страны и США, отдельные организации, говорит, возможно, лишь о том, что им ближе был Саакашвили, который развязал полномасштабную войну против Южной Осетии.

Но говорить о том, что Грузия становится менее интересной для Запада, я бы сейчас не стал. На территории Грузии открыты те же военные лаборатории, и кстати, многие грузины недовольны, что там находятся непонятные для них сооружения.

Считаю, что политика Грузии мало меняется, а если и меняется, то она лишь углубляется в плане того, чтобы как можно раньше страна стала частью Запада.

Их внутренний настрой еще в советские времена был направлен не в сторону России, а в сторону Запада.

Грузия на Южную Осетию не раз ходила войной. Вспомним хотя бы 20-е годы. Это настоящий геноцид.

— Югоосетинский короткометражный фильм «Суадон» был показан на Каннском кинофестивале. Это, безусловно, важный шаг на пути к тому, чтобы в глазах всего мира Южная Осетия стала восприниматься как самостоятельная страна с собственной самобытной культурой. Есть ли у республики другие аналогичные планы «завоевания» международного признания с помощью культуры?

— Работа нашего соотечественника, его успех — это пока единичный пример, но в любом случае, мы в этом направлении работаем. Здесь можно вспомнить о наших диаспорах, к примеру, в странах Ближнего Востока, в Европе. Их не очень много, но в том же Брюсселе и в прошлом году, и буквально на днях прошли выставки осетинских художников. В Бельгии зарегистрирована международная ассоциация осетин под названием «Возрождение».

Наши художники в своих работах показывают жизнь, быт родной Осетии, наши горы, природу. Я считаю, что это как раз тот элемент, который будет способствовать созданию определенного восприятия Южной Осетии.

Очень большая осетинская диаспора проживает в Турции. Мы находимся в постоянном общении с этой общиной. Представители уехали туда в конце 18-начале 19 века, и их потомки сохранили родной язык, и сейчас многие говорят гораздо чище на нашем языке, чем мы.

В Москве мы общались с представителями Турции, и у них тоже есть пожелание, чтобы наш ансамбль «Симд» приехал к ним с гастролями. Это мы сделаем, как бы тяжело не было финансово. Будем и с Венесуэлой работать над этим вопросом. Надеюсь, что решение найдем. Это то, что поможет Южную Осетию представлять на различных площадках.

Фото на слайдере — Станислав Красильников/ТАСС

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

Минсельхоз откажется от выдачи грантов по принципу «всем сестрам по серьгам»

26.06.2017 Gradus Pro

Мы являемся живыми свидетелями бесконечных обещаний чиновников различных уровней и мастей

26.06.2017 Gradus Pro

В понедельник составлено 8 протоколов по нарушениям на Проспекте, 4 машины эвакуировано

Главными коррупционерами Северной Осетии оказались врачи и учителя

Глава республики был поставлен в состояние цугцванга, когда каждый следующий ход только ухудшает позицию

История Алеты Дзуцевой: шоу на Первом канале и шокирующий обман

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: