Любить по-осетински

21.01.2018 Gradus Pro

О любви, воровской романтике, невидимой коррупции и мифической архитектуре

В песнях «Beatles» слово «любовь» упоминается 613 раз. Это и вызывало критику со стороны Элвиса Пресли, который заявлял о том, что слишком часто его употребление разрушает моральные устои общества. Однако в этом заявлении, где на поверхности просматривалась забота о ближнем, все же сквозило лукавство — тогда король рок-н-рола деликатно обходил стороной экономическую составляющую. И все потому, что прекрасно ощущал значительную конкуренцию со стороны «битлов» не только по присутствию ливерпульской четверки в верхних строчках хит-парадов, но и по мощным показателям объемов продаж виниловых дисков.

Таким образом, еще 50 лет назад воспевание высокого чувства, каковым и является любовь, стремление посредством музыки донести до людей чистые и прекрасные помыслы, создавало конкурентную среду.

А можно ли столь неожиданный вывод проецировать на то, что происходило в нашей республике за последние годы?

Наверное, нужна точка отсчета, и в этом качестве можно попытаться взять далекий 1998 год, посмотрев, что за это время мы полюбили и в чем вообще заключалась конкуренция.

Вот, к примеру, 20 лет назад, а точнее в феврале 1998 года республиканская власть в стремлении гарантировать жителям республики такое социально значимое чувство, как защищенность, устами президента РСО-Алания Александра Дзасохова поставила десять крайне серьезных вопросов перед правоохранительными органами. Забота о людях, а без любви (не сочтите за пафос!) заботиться трудно, помноженная на желание обуздать преступность и установить правопорядок, в конечном итоге выглядели следующим образом:

  1. Почему у нас на глазах свободно проживают граждане, ведущие преступный образ жизни, сколотившие на криминальном промысле огромные капиталы и демонстративно игнорирующие общественное мнение?
  2. Почему жители каждого селения, каждого дома, общего двора, как правило, поименно знают сбытчиков наркотиков, воров, рэкетиров, возмущаются их безнаказанностью, а государственные институты и учреждения, специально созданные для профилактики, пресечения преступлений, борьбы с преступностью, заняли позицию беспомощных наблюдателей и слабо осуществляющих свои функции?
  3. Почему авторитетные представители старших поколений наших сел, станиц, фамилий на словах призывают население не сводить национальные обряды, традиции к алкогольным пиршествам, а на деле получается прямо противоположное?
  4. Почему жители республики возмущаются криминальным беспределом, но в десятках и    сотнях случаев тяжкие преступления остаются нераскрытыми из-за нежелания выступать в качестве свидетелей, очевидцев преступлений?
  5. Почему сотрудники правоохранительных органов республики любят ссылаться на низкую техническую оснащенность, якобы не позволяющую раскрывать преступления по “горячим следам”, в то время как в большинстве случаев убийцы, разбойники, похитители людей используют примитивные способы совершения своих преступных действий.
  6. Почему руководители различных правоохранительных инстанций нередко заявляют, что им известны все организованные преступные группировки, называют количественный состав, место дислокации, но не принимают реальных мер по их обезвреживанию?
  7. Почему сотрудники органов, ведущих борьбу с преступностью, часто говорят в неофициальной обстановке своим друзьям, родственникам, соседям, что высшее начальство не дает раскрывать или препятствует раскрытию тех или иных преступлений. Какое такое начальство не дает делать — об этом тоже необходимо сказать.
  8. Почему по количеству сотрудников, в сравнительной характеристике с другими территориями, мы находимся в положении большего к нам внимания руководства МВД РФ, нежели к соседним регионам, а результаты работы — в обратной пропорции.
  9. Почему в большинстве случаев задержанным членам организованных преступных групп удается на той или иной стадии следствия избежать ответственности, как это было с теми, кто был задержан по фактам хищения людей, и, тем не менее, они оказались на свободе?
  10. Ответить на такой вопрос: на какие средства рядовые сотрудники правоохранительных органов, прокуратуры, налоговой инспекции, таможни приобретают автомашины стоимостью 30 и более тысяч долларов, строят роскошные дворцы?

Что изменилось за 20 лет? Какие проблемы, поднятые в то время, актуальны и сейчас? За прошедшее время худо-бедно удалось решить ряд остро поставленных вопросов. Появилось много нового, но не всегда хорошего, и есть тревожные тенденции, замалчивание которых равносильно поведению страуса, прячущего голову в песок.

Общественные устои, морально-нравственные установки, исторические и культурные ценности, и, наконец, фамильные традиции, к великому сожалению, не стали теми кирпичиками, из которых можно построить забор и красной краской нанести очень важное слово — «Профилактика».

Воровская романтика

Последние двадцать лет ознаменовались тем, что в различных районах Владикавказа понастроили залы или дворцы торжеств, и начался необъявленный турнир в том, кто больше пригласит людей, и кто побогаче и с невиданным шиком накроет столы. Но почему наши фамилии не состязаются и не состязались в том, кто из них чаще и эффективней использовал механизмы общественного обсуждения тех, кто был втянут в организованные преступные группы, которые занимались похищения людей, убийствами, разбоями и вымогательством? Разве наши фамилии не способны влиять на подрастающее поколение, чтобы раз и навсегда упредить любую возможность втягивания молодежи в преступную деятельность, упредить пагубную, а то и смертельную страсть к наркотикам?

Ведь печально известная «гэссовско-южненская» группировка состояла не из гастролеров, а из у тех, у кого кроме криминальных или уличных прозвищ были имена и фамилии.

Кто сейчас из представителей старшего поколения способен в беседе с 20-25 летним молодым человеком объяснить и рассказать, как ему вести себя со своим родственником, который освободился из мест лишения свободы, где отбывал 15-20 летний срок за разбойные нападения в составе организованной преступной группы?

Как обезопасить молодого человека от негативного влияния воровской «романтики», в которой много наносного и в силу молодости не каждый поймет, где жестокая правда, а где сладкая ложь, прикрытая «понятиями»?

90-е годы стали годами перелома в сознании, и не вызывал явного отторжения постулат, согласно которому «бандит жил лучше простого работяги и ничего не боялся». Но видимо, конкуренция содержимого кошельков смотрелась тогда и смотрится сейчас достойней и «статусней», чем конкуренция идей, мыслей и непростой индивидуальной работы с молодым поколением.

Опасно и неожиданно помолодели наши кладбища — это была не онкология, а результаты криминальных разборок и героиновых передозировок, и никому не требовалось расшифровывать суть этих словосочетаний.

Последнее десятилетие ознаменовалось подъемом экологического самосознания граждан — стремление дышать свежим воздухом и наслаждаться первозданной природой, любить ее настолько естественны, что глупо искать какие-либо контраргументы, но, кажется, что-то упущено.

Генплан или филькина грамота

5 октября 2009 года, когда произошел мощный выброс загрязняющих веществ с завода «Электроцинк», является знаковой датой для борцов за экологию и противников нахождения металлургического производства в Северной Осетии. Но почему нет знаковой даты активного противостояния фактам незаконного строительства на территории объектов культурного наследия или в их непосредственной близости?

Если нет знаковой даты, то можно ли в качестве отправкой точки рассмотреть ситуацию, связанную с возведением совершенно невразумительного и отсюда неказистого забора возле Дзивгиской крепости в Куртатинском ущелье, которая является памятником культурного наследия федерального значения. Около четырех лет ушло на то, что нам, нормально мыслящим людям, посредством принятого судебного решения дали возможность без помех созерцать историческую ценность, оставленную предками.

«Градус» раньше писал о том самом «Парусе», что возле Суннитской мечети, о зияющем бетонными глазницами строении на детском пруду, что в городском парке культуры и отдыха. Писал о баннере, что на подступах к Чугунному мосту со стороны площади Штыба, который предвкушает скорое открытие жилого комплекса с амбициозным названием «Сердце столицы», плотно закрывающим наши горы от взора местных жителей и туристов, о массовом паломничестве которых мы мечтаем, но редко их видим.

Получается, что вышеупомянутая крепость и все остальные здания, покушающиеся на культурное наследие — звенья одной цепи. Очевидно, есть в республике люди, способные трактовать законодательство только в свою пользу, искренне уверовав в собственную безнаказанность.

Грустная констатация, и все оттого, что дальновидность и принципиальность оказались выброшенными на свалку, как ненужная вещь. Следует напомнить, что в июне 2011 года генеральный план развития столицы Северной Осетии был принят городскими депутатами после процедуры общественного обсуждения. Является ли генеральный план развития Владикавказа рабочим документом, благодаря которому можно без боязни заглянуть в будущее Владикавказа, или это просто формальный документ, который должен быть в наличии по существующему законодательству? Это уже дилемма, причем мрачная и искусственно созданная, и в нет ни единого намека на любовь к городу. А кто может вспомнить заявление, мнение, выступление на радио, телевидении или на худой конец на личной странице в Фэйсбуке главного архитектора Владикавказа, на худой конец его фамилию? Уверен, что подавляющее большинство населения даже не знают о наличии оного, судя по хаосу, творящемуся в столице Северной Осетии.

Невидимая коррупция

Преступления коррупционной направленности охватывают не один десяток статей УК РФ, но этот охват вкупе с итогами деятельности правоохранителей за прошедшие года так и не оказал существенного влияния на общественное мнение. Почему среднестатистический житель республики, который читает газеты, смотрит телепередачи и пользуется интернетом не может назвать фамилию и имя взяточника (или взяткодателя), осужденного в прошлом году или в позапрошлом году на приличный срок отбывания наказания в колонии строгого режима?  

Предположение о том, что в республике нет журналистов, работающих в жанре судебной хроники или очерка, является несостоятельным. Но в то же время нигде не озвучивается иная версия человеческой неосведомленности об осужденных взяточниках. Может они до суда не доходят?

В чем вся прелесть коррупции, так это в том, что в каждом коррупционном преступлении фигурирует точная цифра взятки (статья 290 УК РФ), злоупотребления должностными полномочиями (статья 285 УК РФ), превышения должностными полномочиями (статья 286 УК РФ). Не будем приводит другие составы – суть ясна, и в каждом деле присутствуют совершенно четкие и выверенные данные причиненного ущерба. Поэтому для оценки эффективности противодействия коррупции нужно воспользоваться только точными цифрами.

Первая цифра – количество уголовных дел, возбужденных по преступлениям коррупционной направленности. Вторая – количество уголовных дел, оконченных расследованием и направленных в суд с обвинительным заключением, которое подписано прокурором. Третья –количество вынесенных обвинительных приговоров. Но почему эти три цифры сильно разнятся, порой на порядок, и крайне редко доводятся до общественности через средства массовой информации? Кто их должен довести до общественности, и какое такое начальство препятствует этому процессу, если везде проходит мысль, что с коррупцией нужно бороться всем миром?

В конце 90-х только выстраивалась система взаимоотношений бизнеса и власти. Сказать, что она окончательно выстроена сейчас, значит, пойти против истины и не заметить серьезных прорех в этих взаимоотношениях. Из практики известно, что если в отношении бизнесмена, руководителя малого предприятия возбудили уголовное дело по преступлению экономической направленности и в ходе следствия произвели выемку документов, то с великой долей вероятности можно утверждать о том, что его бизнес «похоронен». А если уголовное дело, что называется рассыпалось, так и не дошло до суда или же по нему вынесен оправдательный приговор, то какую ответственность несут сотрудники правоохранительных органов, под чьим «колпаком» оказался горе-бизнесмен по факту? Кто будет платить возмещение государству за столь нерадивую следственно-оперативную работу?

За руководителем малого предприятия стоят его работники, которые теперь уже не кормят свои семьи. Бизнес, и без того, испытывает нелегкое налоговое бремя, и зачастую изнывает от избыточного административного давления со стороны контрольных и надзорных структур. Вот и весь кошмар, но те, кто «кошмарит», угрызений совести не испытывает, и боязни тоже.

А ведь, как все хорошо начиналось — с любви и конкуренции…

Автор Сергей Кудзиев

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ
20.09.2018 Gradus Pro

Во Владикавказе образовалась многометровая яма

Владельцев высотки-долгостроя в Детском парке решили понять и простить

«Замороженный» республиканский маткапитал вызвал огонь ненависти к властям

Кадровый голод оставил Северную Осетию без министра финансов

Владикавказ гулял с чиновниками, минометами, пирогами, пивом и Агутиным

Побывавшие во Владикавказе представительницы современного искусства из Германии рассказали, как полюбить беженцев

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: