На «Заре» справедливости

05.03.2020 Gradus Pro

Тимур Хубаев PRO то, как многомиллионный проект превратился в личный бизнес

Я внимательно прочитал Послание Главы Республики, и мне хотелось бы высказать свои мысли по вопросам развития промышленности и инвестициях. Тем более, что Глава, и я обратил на это внимание, заинтересован в продвижении этих процессов.

Но на протяжении последних лет никакого прорыва нет. Республика стабильно находится в конце рейтингов, а обещания новаторов изменить ситуацию и создать инвестиционный бум приводит только к одному – их отставке.

Вот и бывший министр промышленности и транспорта Бутов ушел, оставив после себя больше вопросов, чем ответов. А ведь в послании много внимания уделено вопросам развития инвестиций, доходности производительности. Упомянут завод «Бином», на котором размещено производство светотехники, объем выпущенной продукции идет на десятки миллионов рублей. И это всего за полгода работы. Ну чем не успех министра? Интересно, сколько налогов поступит от этих «ударников» в республиканский бюджет?

Я бы и сам был рад примкнуть к этому проекту, который появился не без моего участия, но боюсь измазаться.

Тот проект, который я обсуждал с Вячеславом Битаровым, предполагал развивать с тольяттинским «Лучем» и депрессивным предприятием региона, превратился в создание частной компании близких к Бутову людей, грубо попирающей основы честного предпринимательства и  законности.

Не думаю, что Вячеслав Зелимханович об этом осведомлен, иначе он не стал бы приводить такой пример в своем послании. Убежден, что ситуации вокруг «Зари Осетии» должна быть разобрана самым серьезным образом и стать или примером для подражания, или негативом, следовать которому не стоит.

«Заря Осетии», если бы была создана в соответствии с конфигурацией «ЛУЧ-Бином», вполне могла бы трудоустраивать и сотрудников «Электроцинка», тем более, что руководители УГМК  и завода принципиально не возражали против этого. Я сам с ними встречался и вел переговоры. Им надо было показать новые рабочие места и производственные мощности — для заключения договоров с компаниями холдинга, то есть технические возможности исполнять их заказы и трудоустраивать людей. Вместо того, чтобы оперативно организовать финансирование проекта и принять хотя бы одного рабочего, тольяттинцы, во главе с Бутовым, брали за горло республиканские структуры и выигрывали тендеры.

Стоит отметить и одно немаловажное обстоятельство. Глава отнесся к проекту с исключительным вниманием и начал оказывать всемерную поддержку, дав необходимые указания. Корпорация инвестиционного развития республики, например, после заверений тольяттинского «Луча» о намерении выступать инвестором, максимально оперативно, документально сформировало и направило на конкурсную комиссию проект «Зари Осетии».

Однако впоследствии, после вмешательства Бутова, проект был отозван «Лучем» (директор которого, кстати, являлся на тот момент Советником Главы). Это возымело для Корпорации негативные последствия.

Вообще, интересная ситуация, когда можно обозначить название компании, писать протоколы с одними участниками, а на выходе получить структуру с тем же названием, но другими участниками. Неужели министр об этом не знал?

На вопрос «почему такое происходит?» давно ответили классики русской литературы. Не только Осетия, но и другие субъекты СКФО плетутся в хвосте рейтингов, а уровень коррупции здесь в два раза выше, чем в среднем по стране.

Об этом знает каждый инвестор, поэтому и закрывают зону СКФО для развития бизнеса. Стараются работать через посредников. Я потратил несколько лет на то, чтобы принять решение работать с республикой и предвидел значительные проблемы и коррупционные риски. Поэтому, когда после уговоров бывшего министра промышленности Бутова я согласился возобновить свое сотрудничество с республикой и привести сюда инвесторов, заручился поддержкой Главы, который также был обеспокоен перспективами увидеть своих подчиненных в бизнесе моих партнеров. Я ждал подвох, но честно говоря, не думал, что это так серьезно.

К сожалению, прогноз Главы оправдался, в проект «Заря Осетии», министр «зарядил» своих близких. Я написал об этом в своем письме Битарову. Собственно говоря, ничего особенного не произошло (в стране многие министры -коррупционеры), кроме того, что об этом узнали другие инвесторы, которые тихо забыли об Осетии.

Те же, которые остались, как я понимаю, работать предполагают по той же схеме – через бывшего министра — и эксплуатировать административный ресурс Главы, которого будут информировать о том, что он помогает республике.

Поэтому, несмотря на очевидный вред национальных проектов, в качестве прозрачного инструмента для развития регионов применяется именно он. По этой же причине придумали Минкавказ – вроде как от центра, но он развалился по причине отсутствия реальных проектов. Инвесторы в Осетию не идут, а лучшие кадры —  уезжают.  Денег нет, идей нет, людей нет. Поэтому особые экономические зоны, индустриальные парки и территории опережающего развития у нас не работают.

Что же делать, когда нацпроекты закончатся? Не бойтесь, не закончатся, их обязательно продлят, как и утилизацию. И все-таки, неужели федеральный центр будет продолжать безучастно смотреть на рост безработицы и развал производства? Не будет. Уже сейчас, в преддверии весенней ротации, губернаторов тягают на ковер в Москву и задают те же вопросы, что и бывшему руководству Минкавказа: о создании новых рабочих мест и о выполнении плана по привлечению частных инвестиций (и такой есть), который по республикам выполнялся  на  уровне 12-18%. Совершенно очевидно, что Кавказ не работает не потому что там воруют, а потому что нет стратегии развития, в том числе промышленности, нет организатора этого процесса. Так кто может выступить в качестве организатора? Убежден, что только руководитель республики.

И вот я задаю себе вопрос: Я знаю очень много суперуспешных осетин, которые создали и управляют многомиллиардными бизнесами и крупнейшими, в том числе государственными, структурами, но ни один из них не привел свой бизнес в республику.

А ведь у этих людей свои суперобученные команды специалистов с отнюдь не осетинскими зарплатами, которые «под ключ» сделают из республики конфетку. Почему их офисы в Москве, Питере или за Уралом? Но сам себе отвечаю, что бизнес может быть частным, но не может быть частной республики. А вопросы социальной ответственности, к сожалению, виснут на государстве и политиках.

Поэтому, если отвечая на вопрос, что делать, я скажу так. Я знаю, что делать. И не делаю из этого секрет. В небольшом тексте невозможно дать развернутый ответ, но основной тренд я обозначу: только объединенная консолидированная промышленность СКФО может вытянуть республику наверх рейтингов. Промышленность, основанная на смежных производствах и кооперированных поставках. Выходить из кризиса можно только сообща.

Давно замечено, что там, где есть совместные интересы зарабатывать, конфликтов не бывает. Чтобы организовать желающих начать зарабатывать, необходимо инициировать создание (на базе существующих госпредприятий) двух управляющих компаний: Кавказстрой и Кавказпром.

За последние три года нами в рамках проектов по РСО-Алания была проведена большая работа с потенциальными инвесторами, в том числе и из стран, мало представленных на нашей инвестиционной карте. Например, с представителями султаната Бруней обсуждается возможность организации предприятия по производству меда и медопродуктов, в том числе халяльных, а также проект горного курорта, ориентированного на услуги апитерапии для потребителей из стран АСЕАН.

Как объект для инвестирования, интересным может быть разработка программы эффективного использования производственных площадей, например, с РЖД и «Ростехом». У РЖД на Северном Кавказе есть серьезный рынок потребления и большое число объектов, требующих реформирования, которые имеют серьезные перспективы для привлечения инвесторов.

Я обратил внимание, что с этими корпорациями планомерная работа не ведется, а региональные чиновники, несмотря на административный ресурс, не могут даже сформулировать свои предложения.

Вместе с тем, созданный «Ростехом» прецедент передачи в дар субъекту федерации непрофильного актива может стать основой для формирования имущественного комплекса, который может быть создан холдингами  как межрегиональная площадка для инвестирования и инвесторов. При этом, возможно будет отказаться от практики строительства особых экономических зон, которые практически повсеместно, а не только на Северном Кавказе, показывают свою низкую эффективность.

Обозначу, что для инвесторов важно наличие заключенных  республикой Соглашений  с такими регионами, как Москва и Московская область, Санкт-Петербург и Ленинградская область.

В настоящее время пакет инвестиционных предложений для СКФО, который можно серьезно рассматривать и привязать к любому региону округа (и прежде всего к Осетии), включает более двадцати проектов, с возможностью привлечения около пятидесяти российских и иностранных предприятий, которые могут стать активными участниками инвестиционного процесса при его правильной организации.

Убежден, что нашел тот самый механизм, который позволит, наконец, приход инвесторов в СКФО сделать массовым и плановым.

Тимур Хубаев, вице-президент Ассоциации Шесть Сигм

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

Уроки по телевизору как спасение для самоизолированных школьников

04.04.2020

О трудностях перевода с коронавирусного на человеческий

Что делать, когда правильных решений не существует

02.04.2020

Четверо зараженных коронавирусом жителей Северной Осетии находятся на домашней самоизоляции

31.03.2020

Предприниматель Тимур Губаев подготовил 10 тезисов по оздоровлению экономической ситуации в связи с коронавирусом

PRO «антикороновирусные» танцы во Владикавказе

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: