Обычные романтики

Или о том, кто запускает бумажного змея осетинского туризма

Зимний период — время сезонного обострения недовольных состоянием туризма в родной республике. Дороговизна и при этом низкое качество сервиса в Цее — тема вечных рассуждений любителей лыж и сноуборда. Кто-то считает деньги и отправляется в грузинский Гудаури, где дневной абонемент на канатку в два раза дешевле, чем в Цее, да и трассы более комфортные для всех — и тех, кто только пытается встать на лыжи, и тех, кто оттачивает свое мастерство или просто катается в кайф. А кто-то прикипел к родному Цею, поэтому с нетерпением ждет снега и готов платить любые деньги, лишь бы вновь ощутить привычную атмосферу душевного уголка с заснеженной горой Монах. Можно много рассуждать о качестве туризма в Осетии и его перспективах, ругать и хвалить, но на этот раз мы решили поговорить с теми, кто профессионально и по долгу службы занимается этим.

— Все очень просто — чиновники тоже люди, наши сотрудники из той же среды, что и обычные жители. Мне обидно за моих коллег, попадающих под определение «чиновник», которое в народе автоматически является синонимом слов негодяй, ворюга и бюрократ, пообщайтесь с ними без меня, люди должны понимать, чем мы живем и что мы делаем, прежде чем ругать тех, кто всего себя вкладывает в работу, — сказал председатель Комитета по туризму Вильям Гагиев, пригласив в последние дни декабря познакомиться со своими сотрудниками.

whatsapp-image-2017-02-01-at-11-08-53К моему удивлению, Комитет вместе с самим Вильямом состоит всего из 10-ти человек. Но несмотря на это, по словам Нины Гуриевой, которая возглавляет отдел развития туризма и курортов, — у нас нет вопросов, касаемо сферы нашей деятельности, по которым бы к нам обратились и мы бы сказали, что мы этого не знаем или не можем. Не знаем — узнаем, не можем — все равно делаем, благо квалификация сотрудников позволяет тянуть и за себя, и за того парня.

— Нас вместе с Вильямом Таймуразовичем всего 10 человек, но объем работы все равно никто не отменял. Никаких послаблений относительно других органов исполнительной власти, правда зачастую приходится работать во внеурочное время, и в выходные, и в праздничные дни, — начала рассказывать Нина.


whatsapp-image-2017-02-01-at-11-08-44Альбину Багаеву,
начальника организационно-правового отдела, мне представили как самого «матёрого» работника.

— В мои обязанности входит все, что касается администрирования деятельности комитета, ведение статистического наблюдения и анализа, а также юридическаясторона деятельности комитета — это разработка всевозможных нормативных актов, методических материалов, дорожных карт. Вот все говорят, что туризм у нас хромает. А как при таких условиях может быть по-другому? Ведь финансовая составляющая — это самое важное в обновлении туристской инфраструктуры, однако привлечь инвесторов в наш регион не так легко, а бюджетного финансирования катастрофически не хватает. Приходится просто изворачиваться, но извлекать максимум пользы из того бюджета, который выделяют комитету, помимо средств на содержание аппарата, — начала Альбина и попросила своих коллег продолжить без нее, потому что нужно было срочно исполнять важный документ.

— Альбина с 1998 года занимается государственным регулированием туризма, еще с первого комитета, который был организован после развала Советского Союза. Альбина знает всю подноготную нашей работы, сначала она курировала туристические фирмы в тот период, когда не было достаточной нормативной базы для отрасли и было очень трудно регулировать и сдерживать порывы некоторых деятелей. В то время было очень много жалоб от населения, 90-е годы, сами понимаете, не все вопросы регулировались законодательством, ей тяжело пришлось, она у нас самый матёрый работник, — представили ушедшую Альбину ее коллеги.

После перестройки первым руководителем комитета стал Николай Хлынцов – будущий председатель Правительства республики.

1016478_630769417040310_1492169613954765014_n— Когда меня пригласили в Комитет по туризму в 1999 году, я надеялся на большее количество романтики, да и сейчас многие молодые товарищи, когда узнают, где я работаю, говорят, «ой, как интересно», думают, что мы работаем в горах и на природе, словом, отдыхаем, работая. К сожалению, отдыхать получается не часто, а выезды в основном рабочие и больше связаны с какой-то бюрократией. По сути — мы бюрократы, госслужащие, у которых большая часть работы — это составление документов, писем, — пошутил Руслан Дзодзиев – консультант отдела развития туризма и курортов.

— Все так, но мы бюрократы-романтики, все-таки специфика отрасли откладывает на нас отпечаток, — уточнила Нина Гуриева.

— А что вы собираетесь делать со слегка депрессивным настроем наших граждан в отношении того, что не получилось сделать из Осетии центр туризма? Понятно, 10 человек не разрулят проблему нереализованного проекта «Мамисон», да и некорректные сравнения Цея с Гудаури не скоро еще прекратятся, хотя очевидно же — даже если цены на канатку в Цее и проживание там станут дешевле, он все равно не переработает такой объем туристов, как в Гудаури.

— Менять отношение. Но вы правильно сказали, что в любом случае не получится сделать из Цея Гудаури. Хотя бы потому, что Цей – это не только туристические базы, но и святое для каждого осетина место, это запретное святилище Реком, а значит определенные правила поведения во всем ущелье, — сказал Руслан.

— Раньше цейские базы были центром привлечения летних туристов, отдыхающие со всего Советского Союза ездили туда, были и иностранцы, там кипела жизнь, была тусовка, приезжали на заработки музыканты из Москвы, Ленинграда, народ водили на экскурсии, понятно, сейчас открылись границы и появилась возможность выезжать, но хоть немного приблизиться к тому ритму можно?

— Можно и нужно, но говорить о развитии туризма отдельно от региональной экономики в целом не совсем правильно. Ну, не бывает такого, чтобы все остальные отрасли экономики были не в лучшем положении, а туризм при этом развивался семимильными шагами. И положа руку на сердце, не так уж много позитивных примеров сегодня у нас в России, когда туризм является флагманом экономики, тянущим за собой другие отрасли. Пожалуй, это только Краснодарский край и Алтай. Но это потребовало таких финансовых вливаний в эти регионы, что нам о таких и мечтать не приходится. Плюс к этому, до сих пор не преодоленный имидж неспокойного региона, у людей на памяти теракты, военные конфликты. Я приглашаю, а мне говорят — у вас война. И это одна из основных задач комитета — развенчание мифа о том, что Кавказ — это там, где опасно. И в этом плане ведется планомерная работа. Мы готовим и размещаем в средствах массовой информации соответствующие материалы, популяризирующие Северную Осетию в качестве туристского направления, участвуем в специализированных выставках, в том числе международных, и многое другое для привлечения турпотоков. И знаете, как показывает практика, главное один раз привезти человека, чтобы он увидел, что у нас все тихо и спокойно, тогда в следующий раз он и детей привезет, и соседей, даже несмотря на то, что уровень сервиса далек от европейского.

А попытки взять Цей и сделать из него Гудаури изначально обречены на провал. Цей — это камерный курорт, курорт для души. Я знаю группы из Питера, Москвы, которые уже на протяжении 40 лет приезжают сюда. И группы немаленькие — до ста человек. Это люди, которые еще с Советских времен приезжали, и Цей — это частица их жизни. А сделать из Цея какую-то крутую молодежную тусовку вряд ли получится. Но не стоит упираться в один только Цей. У нас есть другие проекты. К примеру и руководство республики и наш комитет ищут дальнейшие варианты развития того же Мамисона. И, думаю, с Божьей помощью, в ближайшее время мы их найдем. Кстати, наш молодежный турклуб недавно вот кедры высадил в ущелье, вроде бы ерунда, но будем надеяться, что когда-нибудь под их сенью будут отдыхать туристы, — ответил Руслан.

— Отдых в Осетии не может и не должен быть массовым. Мир большой, может быть вы, как профессионалы, приметили какие-то интересные места, фишки, которые можно позаимствовать у других? Чей опыт бы нам подошел?

Нина: Мы видим, мы хотим, мы делаем, но, как вы сами понимаете, 10 человек не в состоянии вытянуть весь туризм республики на себе. Необходимо работать в единой связке с субъектами турбизнеса. Мы, как орган исполнительной власти, проводим государственную политику, но реальным исполнителем этой самой политики является бизнес. Государство просто не в состоянии, да и не должно решать все те проблемы, которые на сегодняшний день стоят перед туризмом.

Вот Руслан сказал про Краснодарский край, да, вливания в инфраструктуру — это одно, но они бы просто не смогли обеспечить олимпиаду при том уровне сервиса, который был. Учитывая это, примерно за год до Игр были приняты изменения в соответствующие нормативные акты, которые классификацию гостиниц сделали обязательной. Хочешь работать — подтягивай свой уровень. Во всех остальных субъектах федерации классификация добровольная, вследствие чего у нас в республике сейчас нет ни одного классифицированного средства размещения. То есть мы объективно не можем дать нашему потенциальному клиенту информацию об уровне того или иного средства размещения, где он собирается остановится. Это одна из тех объективных причин, которые реально тормозят развитие туризма, и на которую мы никак не можем повлиять без доброй воли самих владельцев гостиниц.

Говоря об инвестиционных проектах, у нас кроме Цея и Мамисона есть немало других интересных проектов. Например, проект по созданию курорта в Тибе. Там еще в Советское время началось строительство санаторно-курортного комплекса на 500 мест. Другое дело, что проект был реализован не лучшим образом, но сейчас речь не об этом. Самое главное то, что уникальное Тибское месторождение минеральных вод ужеподготовлено для эксплуатации, там посчитаны запасы, проведены клиническиеисследования, оно подготовлено до такой степени, что буквально приходи, строй и лечи людей.

— А что там сейчас?

— Там возле этой скважины ежегодно вырастают палаточные городки, потому что вода целебная и реально оказывает свое лечебное действие на людей. При этом на этой небольшой по площади территории находятся выходы двух типов воды, состав которых аналогичен Боржоми и Нафтуси.

Еще один очень перспективный проект — это проект строительства курорта в Урсдоне в Дигорском районе. Мы часто злоупотребляем словом – уникальное, но там действительно уникальное месторождение минеральных вод, потому что на этом клочке земли выходы уже даже не 2, как в Тибе, а целых 4-х различных по составу вод. Человек, приезжая туда, может такой спектр заболеваний лечить… Сейчас,даже на базе действующего там пансионата Урсдон, инфраструктура которого уже давно устарела и морально, и физически, несмотря ни на что достигаются такие блестящие бальнеологические результаты, что те, кто хоть раз туда съездил, невзирая даже на отсутствие условий, снова возвращаются туда. Вот такой это проект. Вот такие уникальные инвестиционные площадки ждут у нас своего инвестора.

— А что есть у нас для туриста одного дня, для того, кто хочет транзитом осмотреть наши красоты? Не хочет тратить неделю на Осетию, а хочет, к примеру, поехать дальше. У нас есть какая-то общеизвестная окультуренная точка, где, допустим, рано утром отправляются автобусы в Цей, а вечером возвращаются назад? Приезжие жалуются, что нужно сильно искать, узнавать, заранее договариваться…

— В принципе то, о чем вы говорите, не совсем туризм, это экскурсии – включился в разговор Руслан. — Какое-то время назад мы пытались наладить экскурсионное обслуживание жителей и гостей республики посредством ГУП «Казбек-тур». К сожалению, в нынешних условиях бюджет более не мог себе позволить финансирование этого туроператора. Однако, свято место пусто не бывает. Есть республиканское экскурсионное бюро, которое традиционно осуществляет деятельность в этой сфере и, что отраднее всего, появляются новые действующие лица, к примеру, турфирма «Амадеус» или ребята из «IQ«-клуба с Робертом Баскаевым.

Помимо прочего, есть молодежный туристский клуб Северной Осетии, еще в 1999 году я стоял у его истоков, так вот за этот год клуб осуществил около 80 походов. Поход организовывался практически каждые выходные, а в некоторые дни вообще по два. Есть еще другие группы ребят, которые занимаются этим. Как раз-таки походы выходного дня у нас в республике представлены довольно прилично. Возможности по однодневным экскурсиям и походам достаточно высоки. Я не знаю, почему такое мнение.

— А как это происходит?

— К примеру, что касается молодежного турклуба, то деньги собираются только на транспорт, а еду все берут с собой. Зимой мы по воскресеньям проезжаем по самым доступным местам, снег далеко не позволяет заходить. Хотя в позапрошлые выходные ребята походили по колено в снегу в Цее. В эти выходные сделали экскурсию для тех, кто не готов ходить далеко, с них собрали по 300 рублей, а для тех, кто был фотографом, вообще все было бесплатно, вариантов зимой поменьше, но в общей сложности за год мы задействовали несколько тысяч человек.

От турклуба отделяются другие туристические группы, которые хотят ходить по своим маршрутам и по своим правилам, у них своя линия, и это замечательно. Где-то больше берут денег, где-то меньше. За счет оставшихся денег от транспорта клуб проводит мероприятия, которые уже вышли на республиканский уровень, это кубок республики СО по туризму. Мы пригласили все предприятия, организации. В этом году при поддержке комитета клуб провел турслет «Кубок Северной Осетии по туризму». Впервые за 25 лет. Провели без копейки бюджетных денег за счет энтузиастов, даже те, кто судил, приехали за свой счет. Альплагерь «Цей» сделал скидку на размещение участников, а все остальное было на бесплатной основе. Представляете, люди заплатили, чтобы быть судьями, — с энтузиазмом рассказал Руслан.

— Что вы делаете, чтобы расшевелить людей?

Нина: Несколько лет наш комитет проводил совершенно бесплатную акцию «Познай свой край», потом мы переименовали ее в «Познай Осетию», мы сами разработали экскурсионные маршруты, сами в то время выступали в качестве экскурсоводов, в том числе наш нынешний руководитель комитета, великолепно проводил вот Русик, даже я проводила, и знаете, по сей день я кого-то встречаю из тех групп и они спрашивают, почему это все прекратилось, но, опять-таки, произошло это по независящим от нас обстоятельствам, мы не коммерческая структура, наша деятельность напрямую зависит от бюджетного финансирования, нам нужно было платить хотя бы за автобусы, не говоря уже о том, что в целях экономии в качестве экскурсоводов в свои выходные дни работали сотрудники комитета.

Руслан: В начале все тоже шло со скрипом, мы подключали своих знакомых, искали рычаги, чуть ли не заставляли людей. Людям говоришь — бесплатно, везем вас, проводим экскурсию, моря желающих все равно не было. Это потом уже мы слышали, «как хорошо, как нам понравилось, когда еще будет» — в общем, делаем что можем.

— То есть вы тратите личное время и работаете в выходные дни?

— Если бывает нужно, то — да. Вот спросите Руслана, он вообще редко бывает дома в выходные дни.

— Все равно вы как-то не вписываетесь в чиновничий образ…

Нина: Мы конечно пытаемся разбавлять режим сухого чиновничества, но посмотрите на этот завал документов — это все письма, запросы, отчеты и еще масса других документов. Мы бы и рады были избавиться от бумажной работы, но вынуждены пребывать в определенных чиновничьих рамках. Запросы-вопросы-ответы. Я сбилась со счету, от каких программ у меня только нет электронных ключей и в каких только комиссиях я не состою. И так практически с каждым сотрудником нашего комитета.

Тяжело конечно, но стараешься об этом много не думать. Если ты уже живешь в этих рамках, то надо либо принимать, либо уходить. Если я над каждым письмом буду вздыхать и говорить, как мне все это надоело… Этот формат имеет место быть, потому что не мы это придумали, мы не в праве все это отменить и заниматься только тем, от чего получаем удовольствие.

— Каждый квартал, да что там, каждый месяц приходится составлять по нескольку десятков отчетов и это только для того, чтобы государственная машина в сфере туризма не переставала крутиться, — сказал Руслан.

— Все равно не могу представить, как 10 человек ведут такую большую работу.

— Да, нас к сожалению неоправданно мало, очень сильно мы пострадали в 2008 году, тогдашний комитет по туризму сократили фактически наполовину. Когда все только начиналось, зачастую многое приходилось делать на голом энтузиазме, да и сейчас без этого не обходится. И это возможно только по одной причине — здесь все по-настоящему любят туризм, а что касается наших зарплат, то вы сами понимаете, это не те деньги, о которых мечтают.

— А зарплаты у вас не сокращались?

— Они у нас просто не поднимались. Говоря о том, насколько держит госслужба, как многим кажется, то у меня уже есть мысли уйти — долго я здесь задержался. Целых 17 лет пытаюсь что-то сделать, что-то получается хорошо, что-то не очень, нужно уже самому что-то начать делать на себя. Мысли об этом есть. Поэтому нельзя сказать, что мы держимся за места, — объяснил Руслан. — Мы не уходим не с госслужбы, мы не уходим из туризма.

— Не могу вас не спросить, а куда бы вы сами поехали в качестве туристов?

— Руслан: Я, как и все, смотрю много передач про путешествия, и насколько позволяют наши зарплаты, пытаюсь сам куда-то выехать, посмотреть, как налажен сервис где-то. Конечно, как у любого профессионального туриста, у меня есть мечта. Я больше сторонник не комфортного отдыха, я — активный турист, у меня давняя мечта поехать на Алтай походить, на Камчатку, Байкал посмотреть.

Нина: Я, когда позволяют возможности, выезжаю к родственникам в Израиль, для меня в этой стране очень много интересного. Страна разноплановая, и этим она мне нравится. Кто-то отдыхает с комфортом, кто-то активно, каждый находит свое. Даже не буду сравнивать нас с Израилем, мы пока работаем над тем, чтобы составить конкуренцию хотя бы соседней Грузии. Понятно, что она не в пример более разрекламирована, но наш маленький комитет делает все возможное, чтобы турист по пути туда начал задерживаться у нас.

— Потенциального туриста должны интересовать не только горы, но и город. Я, если честно, с ужасом ждала впечатлений блогера Ильи Варламова о Владикавказе, а он написал так душевно. Вроде бы заметил все недостатки, но наш город его очаровал, кажется, он даже сравнил его с Одессой.

Нина: Я не знаю, мне кажется, что по-другому и быть не могло. У нас потрясающий исторический центр, который строили на манер Санкт-Петербурга. А горная часть республики? И знаете, я бы не хотела, чтобы Цей превращался в Гудаури. Не стоит приносить традиции гостеприимства, складывавшиеся в Цее на протяжении десятилетий, сиюминутным трендам. И я очень надеюсь, что все, что мы делаем в Цее, будет направленно на его возрождение, а не на превращение в Гудаури.

— Мы плавно и совсем не пафосно подошли к модному ныне понятию — патриотизм. Расскажете о том, как любящие Осетию мусорят?

Руслан: Даже говорить об этом не хочется. Вот в этом году в апреле Комитет, турклуб и другие общественные организации вывезли 7 машин мусора с Лысой горы, но буквально через месяц там опять было загажено до невозможности. И на смотровой, и под ней… Уже даже есть мысли перекрыть дорогу туда, чтобы не мусорили. О каком тут патриотизме говорить?

Или вот, к примеру, дикая застройка исторических населенных пунктов. Вот в чем туристская привлекательность Грузии? В сохранении традиций. Все едут погулять по старому Тбилиси, поглядеть на его окрестности, они в силу своих возможностей всё пытаются сохранить. А что делается у нас? Возьмем то же Куртатинское ущелье — понакупали земель, застроили абы как. Если бы люди также, как их предки, задумывались и строили все в гармонии с природой, все было бы по-другому. Возьмите башни, которые находятся дальше Унала, вы их с ходу и не заметите, настолько гармонично они вписаны в ландшафт. То же Святилище Реком — там двускатная крыша и каждый из скатов крыши параллелен склону — все это такие незаметные мелочи, но они создают картину гармонии и умиротворения, чистоты и порядка.

— Культура владения деньгами упала в 90-е годы, нынешняя мода возводить строения в любимых с детства местах приняла массовый характер. У нас вроде никогда не кичились деньгами, это ложные ценности. Сейчас культура, скромность и воспитанность сродни ущербности.

Нина: Это сиюминутные ценности.У нас высочайшего уровня интеллигенция, сильный генофонд. Мы просто обязаны базироваться на этом.

Руслан: Просто мы отошли от старой Советской идеологии, а до новой еще не доросли. А новая идеология в чем? В сохранении всего того, что у нас было, и развитии его в реалиях сегодняшнего дня. Никто не собирается возвращать плуг и прочее, но разумно помнить, кто мы и что мы дали миру, и уже на этом фоне перенимать то, что есть передового в мире.

Смысл произносить громкие слова, петь гимны и собираться под флагами, если я вижу, как в Фиагдоне идет застройка и куда там выбрасывается строительный мусор, о каком патриотизме еще говорить? Я одно могу сказать — они не любят эту землю, они не любят это ущелье, они не любят Фиагдон. Тот, кто любит свою землю, разве будет ее загаживать? Звучит пафосно — патриотизм, а наделе это житейские будни и житейская история.

Нина: Я всегда говорю — без громких слов наведи порядок вокруг себя и мир станет лучше.

P.S. Знакомство с сотрудниками Комитета состоялось за несколько дней до Нового года, прошло совсем мало времени, но многое уже изменилось. На встрече с главой Алагирского района Вячеслав Битаров сказал о том, что земли Мамисонского ущелья, находившиеся ранее в зоне особого экономического развития, нужно передать местным жителям для создания и развития фермерских хозяйств, а буквально на днях стало известно, что гостиница «Владикавказ» первой в республике получила сертификат о классификации по национальному стандарту, теперь у нее три звезды, появятся у нас и 4-5 звездные гостиницы. Как ни странно, но мечты о светлом туристическом будущем Осетии пытаются привести в состояние реальности только 10 человек.

фото на слайдер В. Майоров

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

Чиновники Северной Осетии обиделись, что люди жалуются Путину, а не им

18.08.2017 Gradus Pro

Народ штурмует Пенсионный фонд Северной Осетии. Пенсионный фонд держит оборону

История о том, как сбросить оковы колониального рабства и молитвой развивать страну

МВД увидело перспективу в деле о приватизации ресторана «Кавказ»

В горных селах Алагирского района Битаров оставил «аланский след», разговаривал, слушал, обещал, снова слушал и даже испытал стыд

Министр здравоохранения Северной Осетии Михаил Ратманов рассказал об исторических достижениях медицины в минувшем году

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: