От Демида. С любовью…

Мой сын Артем учится в Москве. На последние каникулы он приехал с другом, коренным жителем Москвы, которого зовут Демид. Умный, наблюдательный, глубокий парень. Хотелось показать ему что-то интересное, ребята немножко прокатились по Северному Кавказу, заехали в Калмыкию и, конечно, в Южную Осетию тоже. Кстати, там они застряли на пять дней, потому что Транскам как раз закрыли. Перед отъездом я спрашивала Демида о его впечатлениях, некоторые его рассуждения меня удивили, некоторые даже обидели, но было интересно, и я попросила его все сказанное зафиксировать на бумаге, если можно. Вот вчера получила. Немножко «причесала» текст, потому что и мой сын, и Демид – физики. Но коррективы связаны только со стилем, сути я не трогала. Думаю, что взгляд на нас со стороны юноши, который никогда здесь не был раньше, достаточно интересен и поучителен, даже если речь идет о молодом человеке 22 лет от роду.

Аэропорт

Осетия – удивительное место, настоящая заграница внутри России, дешевый способ испытать разрыв шаблона, не получая визу. Вообще Юг России характерен тем, что там не только очень плотно расположены разные и иногда даже не совсем совместимые культуры, но и климатические полосы сменяются каждые 300 км. Здесь рядом горы и море, буддистские храмы и мечети, субтропики и альпийские луга.

Первое впечатление от Владикавказа создается прямо в аэропорту, где нужно идти пешком по летному полю, а потом наблюдать, как местные штурмуют комнату, где выдают багаж: почему-то это делают неохотно – видимо, какая-то технологическая особенность. Таксист по-отечески снисходительно улыбнулся, когда я стал пристегивать ремень: “Зачем это тебе?”.

Про ответы

Мне кажется, у осетин вообще есть внутреннее неприятие надуманных и неестественных по их мнению правил, которыми их в изобилии снабжает российское законодательство. Например, наверняка здесь никогда и никто не будет платить за программное обеспечение. Потому что это неосязаемая и при этом материальная вещь – это не греет, не кормит и не возит. Осетины не привыкли тупо делать то, что говорят – им хочется разобраться, почему это они вдруг должны жить вот так, а не так, как им удобно.

Здесь люди вообще живут как-то ближе к природе – в отличие от большого города, в котором мы зарылись в социальной надстройке над своей природной сутью. На многие вопросы есть очень простые ответы. Например, когда мы были в Южной Осетии, закрылась дорога, соединяющая Владикавказ и Цхинвал (опять же, она только одна и такая, какая есть, сугубо по природным причинам – не построить в этих горах по-другому). И ты сидишь и ждешь, когда дорога откроется, безо всяких вопросов, потому что закрыта она по объективной простой причине: снег же! Надо сказать, осознание того, что твоя проблема – это не чья-то вина из людей, а просто вот такая реальность, пьянит и будоражит – я в восторге.

Про “спасибо”

Таким же следствием более близкого к природе образа жизни можно считать совершенное отсутствие у местных такой привычной в большом городе бытовой учтивости: в магазине никто не говорит кассиру “спасибо”, входящие в помещение не придерживают дверь для выходящих, в театре зрители проходят по ряду лицом к сцене. Оно и понятно – охотнику и добытчику не пристало тратить силы на эти ваши “спасибо” и “пожалуйста”. При этом есть некоторое ощущение внутреннего уюта, что ли. Осетины ассоциируются с подростками, которые немного грубоваты, но на самом деле не имеют ничего плохого в виду. Нужно только немного разговориться с посторонним, чтобы он оттаял.

Про понты

Понты – это все для осетина. Мне показалось, что не бывает возможности выбора, понтоваться или нет – ты просто должен. На улице в городе почти нет пешеходов: ходить пешком – не круто. Даже при том, что город проходится пешком из конца в конец за 40 минут, а местный мягкий климат делает возможным езду на велосипеде круглый год, мало кто пользуется этим популярным в столицах видом транспорта.

А еще здесь создается впечатление, что для кавказской природы больше недели отрицательной температуры – это неумелое вранье со стороны климата: “Ладно, ладно, шучу” – и опять наступает лето.

Про машины

Во Владикавказе средний возраст иномарки – 15-20 лет. Японские машины с их практичностью здесь не в чести – осетины, ну, очень любят показное благополучие и пускать пыль в глаза. Машина должна быть либо “БМВ”, либо большая, либо хотя бы черная. Здесь полно древних иномарок, которые в Москве никто и никогда не купит – такую нужно чинить и обслуживать, а на это нет времени – москвич его тратит на то, чтобы два часа добираться до работы по пробкам. Здесь же совершенно нормально жить с мамой, но зато ездить на “БМВ”. Да и по ремонтам местные особо не парятся – в большинстве все это немецкое “лакшери” убито в хлам. В больших городах люди уже научились внимательно считать деньги и делать так, как выгодней – научились быть прагматичными и жить по средствам. Здесь эпоха холодного европейского прагматизма, как в Москве, пока не наступила, да и едва ли наступит – здесь живут чувствами, а не расчетами.

Водят, кстати, премерзко: опять же, чопорная европейская культура вождения сюда еще не пришла. Осетины очень остро чувствуют романтику дороги, это у них в крови. Разумеется, пешеходы и другие водители, которые мешают получать удовольствие от рассекания пространства и времени, их раздражают. Вообще в плане отношения к автомобилям осетины, как мне показалось, похожи на американцев – ненавидят ходить пешком и очень любят долгую дорогу.

Про девушек

Одно из мощных проявлений показного благополучия – то, как люди в Осетии одеваются. Одеваются очень хорошо. В слякоть обувь у всех чистая, рубашки наглажены, все с иголочки и очень модное. Зачем-то девушки ходят в шубах и на нереальной высоты каблуках — в таком климате это выглядит, как минимум, странно. Чудесно красятся дамы! Мое почтение, этому трудолюбию можно только завидовать. Вообще есть ощущение, что в республике не хватает женихов. Как-то на улице мне очень понравилась проходящая мимо девушка, я попытался ее сфотографировать и вместо какой-либо агрессии получил: “Подожди, я губы подкрашу”. Фантастика. Вот бы и в Москве так!

Про детей

Детей осетины просто обожают. Когда в каком-либо помещении появляется ребенок, всякая деятельность парализуется – кроме ребенка людей вообще перестает что-либо интересовать. Малого тут же сажают к себе на колени, начинают с ним разговаривать и набивать ему карманы чем-то, что есть с собой. Оказывается, здесь некоторые женщины специально носят с собой конфеты, чтобы вот так угостить ребенка в маршрутке – вообще чума. Дети смелые, посторонних не боятся – пока маленькие, все можно. Хотя и есть легенды про местное суровое воспитание, внешне, по крайней мере, это выглядит именно так.

Про работу

Работы в Осетии нет. Каждый таксист вспоминает, как он хорошо зарабатывал “когда была водка”, а самый реальный, видимо, способ заработать – занимать пост на госслужбе.

Удивительно, но у осетин нет основного занятия, которое во всех самобытных регионах очень берегут. Например, на Дальнем Востоке люди в основном занимаются рыбой и импортом из Японии, в Ставропольском крае работают на земле, а в Костроме знаменитая ювелирная продукция. А чем в Осетии занимаются – я не понял. В городе есть ощущение, что местные власти дотируют торговлю одеждой, общепит и услуги по уходу за телом. Купить в городе люстру с рюшками или бюстгалтер легче, чем авторучку. На одного сантехника, наверняка, десяток парикмахеров, пардон, стилистов. Не совсем понятно, почему так. Природа в республике, ну, просто нереальная – горы, все дела. Казалось бы, зарабатывай — не хочу. Еда и вода – просто космос — то, что мы в Москве едим, вообще едой не назвать. Вроде, все есть. Не понимаю.

Чем Южная Осетия отличается от Северной?

Если северные осетины уже, как они говорят, “обрусели”, то южные держатся за свою “осетинность” всеми силами. На улице по-русски не разговаривают, водят еще хуже северных – в городе реально страшно сидеть за рулем. И еще больше дезориентированы. Народ гордый и трудолюбивый, но война их подкосила. Сейчас, когда Цхинвал (оказывается, “Цхинвали” – это оскорбительно) был почти полностью разрушен и восстановлен, они на распутье, какое бывает после окончания школы, когда ты ходишь и решаешь, каким человеком хочешь стать.

В плане туризма в Цхинвале, как мне показалось, смотреть не на что – вся красота тут за городом. Концептуально Владикавказ – это старая русская крепость, которая превратилась в городок с добротной царского времени архитектурой. Цхинвал – это почти деревня, получившая в советское время городскую инфраструктуру. Живут здесь в частных домах, а где работают – я не понял.

Про силу

Мне кажется, что сейчас, во время глобализации, побеждают культуры, которые способны сохранять свою идентичность. Посмотреть, например, как сильны ближневосточные мусульмане – именно из-за веры, которая их объединяет, или какое экономическое чудо совершил Гонконг благодаря сочетанию английской культуры и китайского трудолюбия. Осетины определенно свою идентичность берегут и гордятся ею, но, как мне показалось, какой-то примеси в этой культуре не хватает – примеси, которая позволила бы этому месту экономически процветать.

И еще спасибо всем тем, с кем познакомился, кто мне помогал, кто подвозил, угощал и делился своим теплом. Спасибо Осетии.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

PRO бюджет, профицитный и не очень

PRO то, как Северная Осетия может стать международной буферной торговой зоной

30.11.2019

Акционерное общество «Российский Банк поддержки малого и среднего предпринимательства» (МСП Банк) создано в 1999 году. […]

29.11.2019

С начала реализации национального проекта «Малое и среднее предпринимательство и поддержка индивидуальной предпринимательской инициативы» уделяется […]

Генплан Владикавказа растревожил сердце

27.11.2019

С 2020 года спецрежим для самозанятых изменится

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: