Писать в стол

Паратеннисисты безуспешно просят о помощи

Предположить, что в развлекательном центре существует не просто секция, а место, где оттачивают свое мастерство призеры первенств России по настольному теннису, сложно. Стандартный набор подобных заведений — игровые приставки Play Station.

— Нам негде заниматься, а желающих много. То место, где мы занимаемся, необорудовано. И никто об этом не думает уже 40 лет. За это время не куплено ни одного стола. Да что там — ни одной сетки, ни одного даже мячика. Сколько ни стучимся, пишем письма, в итоге доходим до Главы. Куда еще дальше — к Путину идти что ли? Он обещает решить вопрос в течение года. В итоге письма идут от одного министра к другому и обратно. И не меняется ничего. Это нас и гложит, — рассказывает президент федерации настольного тенниса Северной Осетии Эдуард Бекоев.

В 1988 году представители настольного тенниса получили возможность представлять свои страны на Олимпийских играх. В программе паралимпиады настольный теннис оказался гораздо раньше — в 1960 году. Но представителей нашей республики на международных соревнованиях не было. А что если бы условия позволяли?

— Нам хозяин помещения предоставляет безвозмездно стол и место. Вот если сейчас вечером будем тренироваться, то мы воруем у него деньги. За этим столом люди могли бы за деньги поиграть, а мы бесплатно. Если бы договориться платить аренду за помещение, к примеру, с министерством спорта. Так и этого нет.

Раньше спортивная школа настольного тенниса функционировала на Проспекте Коста.

— Давно мы там занимались, мы там одни были. Это была специализированная школа, никто нас оттуда не выгонял. Мы показывали хорошие результаты. А сейчас остается три часа в день. Этого никак не хватит. И инвалидам, и простым теннисистам заниматься негде. Для тренировок нужно маленькое помещение, а не дворец спорта. Если тренер видит любого хорошего игрока, он его возьмет. А куда я возьму хорошего мальчика? Где я буду его тренировать? Мне надо по несколько часов в день с ним работать. А где? Мы должны жить на какие-то взносы или спонсорские вознаграждения. У меня даже нет места, где показать спонсору, что «вот, у меня есть талантливые ребята, девочки». Он спросит, где вы занимаетесь? Я отвечу, в подвале. Это несерьезно, он уйдет. Хочешь спонсора позвать — некуда, хочешь ребенка позвать — некуда, хочешь хороший тренировочный процесс организовать — негде.

Скитания федерации продолжаются долгие годы. Были попытки пристроить теннисистов не различных спортивных объектах, но каждый раз что-то шло не так.

—  Нам дали место в «Манеже», но не внутри, а около. В снег, в слякоть, мячи улетали. Затем предоставили место на территории завода «Победит», но там тоже после определенного момента сказали — «здесь будут играть футболисты, для вас времени нет». Вот сейчас наш друг дал нам помещение. Он сам на себя социальную нагрузку взял. Но он сам за аренду платит. Мы залезли в чужой бизнес. В прямом смысле.

Я писал письма в мэрию, чтобы нам выделили какую-то землю, а там это поняли, как будто я для себя это лично прошу. Не нужен нам дворец, нам бы какую-то пристройку к школе. Даже программа была такая федеральная, но даже здесь нам не помогли. Нам нужно помещение на 6-7 столов. Для нашего города этого достаточно. Три часа одни потренировались, три часа другие. Вид спорта настолько точный, что так просто им не овладеть, нужно время. Есть помещение — дальше можно к спонсору пойти уже.

Здесь тренируются и взрослые, и дети, и люди с инвалидностью. Все — в равных условиях. Точнее, без условий. Но спарринг-партнер всегда находится.

— Если здоровый человек куда хочет может пойти, то люди на колясках ограничены в этом. Для таких людей настольный теннис — в самый раз. Я хочу, чтобы родитель, который приходит с инвалидом-ребенком, знал, что ребенок может чего-то достичь. Если он паралимпиаду выиграет, а это 5-7 миллионов, на ноги встанет вся семья. Для физкультуры можно и дома позаниматься. Ко мне тянутся, но мне некуда их девать. 

Жанна Плиева занимается настольным теннисом более трех лет. Раньше тренировалась во дворе у друзей. На счету спортсменки Кубок России, бронзовые медали.

— Главное — есть желание в нашем виде нас. Так как мы сидим в колясках, для нас это важно. Было такое, что за свои деньги на соревнования ездили.

— Если мы прикованы к коляске волею жизненных обстоятельств, у нас есть какая-то профессия, навыки, то у них с детства просто нет возможности чему-то научиться наравне с другими ребятами. И для них теннис — возможность вернуть интерес к жизни, не просто сидеть дома, а к чему-то стремиться, — считает Аслан Гурциев.

Но есть и светлые пятна. Для теннисистов с ограниченными возможностями здоровья оборудовали пандус и подъемник — помогли неравнодушные люди.

— Мы нашли спонсора, кто нам вот это все сделал. Нашлись люди, кто купил. А хозяин помещения сам установил подъемник. 

Спортсмены считают, что главное — помочь людям, которые с детства лишены возможности двигаться самостоятельно, почувствовать интерес к жизни.

— Перспектив пока нет. Нам говорят — вы сначала добейтесь чего-то, потом мы вам поможем. А как чего-то добиться, если условий нет? Ни денег, ни помещения, ничего. Чтобы дойти до уровня Олимпиады, нужно выиграть не один и не два международных турнира. А чтобы хотя бы попасть на такие соревнования, нужен определенный рейтинг. Если у нас будет зал, мы сможем создать в Осетии школу по паранастольному теннису, лучшую в России, потому что у нас столько перспективных людей с ОВЗ. Если мы сейчас это сделаем, то будем, как говорится, впереди планеты всей. Иначе мы опять будем терять спортсменов. В Дагестане, например, хорошие условия создали, — сетует Эдвард Бокоев.

После тренировки спортсмены при помощи Эдуарда Бекоева или Гуджи, как его здесь называют, преодолевают расстояние от подвала до улицы на подъемнике. У этих людей есть мотивация с каждым днем улучшать свою игру. Вот только проявлять свои умения и радовать успехами получается зачастую только локально — в стенах развлекательного центра.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ
22.01.2021

Что известно о нападении на журналиста Руслана Тотрова

21.01.2021

Бессмертную схему отработали в Северной Осетии на медицинском оборудовании

Лайфхак от владикавказского чиновника: как украсть почти 38 млн, чтобы за это почти ничего не было

Битву за осетинский мусор выиграл новичок

11.01.2021

Руководитель строительной фирмы, обманувший дольщиков на 500 миллионов, пойдет под суд

PRO провальные сборы за капремонт, повышение тарифа и судебные иски к неплательщикам

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: