Всех археологов и сочувствующих поздравляем с днем археолога!

18.00  10 августа.

— Идиоты! Боже, какие идиоты! – Мошинский в ярости метался по лагерю. Мы растерянно стояли вокруг, не зная, что предпринять. Оно и понятно. Не каждый день получаешь сообщения о том, что на высоте в две тысячи метров без воды и нормальной карты застряли туристы, с которыми ты знаком меньше суток, но которые ждут помощи почему-то именно от тебя.

В Дигорию я приехала на рейсовом. Если абстрагироваться от наваленных слева от меня сумок и гогота парней в автобусе, то поездка была нормальной. Я сидела, прислонившись к жаркому от летнего солнца автобусному стеклу: шаркающие по улицам старики, изящные девушки, лениво отдыхающие на солнце парни, извечные коровы посреди улицы, так уж и быть, позволяющие себя объезжать, курицы и петухи, разгуливающие рядом с домами, шумные городские улицы, тихие сельские улицы, поля и, наконец, показавшиеся совсем близко горы.

Перед тем как въехать в ущелье мы остановились в Чиколе. Двадцать минут остановка, а потом – в горы, в ущелье, в громады скал, к бурным рекам. Я уже предвкушала, как через полчаса-час окажусь в экспедиции и практически перестала обращать внимание на то, что происходит вокруг меня.

И тут вдруг заметила двух девушек и двух парней, стоящих особняком на остановке под козырьком. Высокие тщедушные парни, одетые в черные косухи, аккуратные девушки, у одной из них, кстати, из-под изящной шляпки выбивались две аккуратные пряди, которые она постоянно аккуратно поправляла, стараясь при этом сохранить непроницаемое выражение лица, мол, она не с нами, она – сама по себе.

И эти рюкзаки. Да, рюкзаки всегда выдают людей, приезжающих в Осетию из Центральной России. У нас-то что парни, что девушки обожают носить сумки, просто спортивные сумки, вне зависимости от того, сколько вещей придется с собой везти.

В общем, группа загрузилась, и мы поехали дальше.

река

У поворота на Донифарс меня уже ждал Дамир. Он помог выгрузиться – и мне, и ребятам. И мы, собственно, начали подъем. И тут краем уха я услышала за спиной как один из парней, который, как потом выяснилось, уже был в нашей экспедиции и даже покорил Урс-хох один раз в ясный солнечный денек, чистым юношеским голосом выпалил: «Это Урс-хох!». Причем говорил он с такой интонацией, как будто сам эту гору воздвиг и вот прямо здесь и прямо сейчас всех туда поведет и покажет что там да как.

Притопали мы в лагерь.

Тут, собственно, и выяснились истинные намерения товарищей из автобуса. Они, оказывается, собирались переночевать у нас и отправиться наутро на этот самый Урс-хох, высота которого то ли 2000, то ли 3000 метров. Причем, не просто отправиться, а еще и перейти через перевал, выйдя в конце концов в соседнее ущелье.

Ой, простите, пожалуйста, я неправильно написала.  

Товарищи, трое из которых ни разу не были в горах, никогда не покоряли никаких мало-мальски сложных вершин, собирались переночевать у нас и отправиться наутро на этот самый Урс-хох, высота которого то ли 2000, то ли 3000 метров. Причем не просто отправиться, а еще и перейти через перевал, выйдя в конце концов в соседнее ущелье.

Да, вы правда прочитали сейчас эти строки.

— Ты представляешь, у них даже нет нормальной карты. С тем же успехом можно было бы ориентироваться по картинке на пачке сигарет «Беломор», — задумчиво сказал Дима Майоров, глядя на Урс-хох в тот день, когда ребята ушли в горы.

— Ага, и воды им хватит только чтобы подняться на вершину. И слава Богу, если хватит, – добавил Олег Таркос, стоя рядом с Димой.

Собственно, на этом все обсуждения ребят и их похода закончились.

археологи

Прошло два дня.

10 августа ровно в шесть вечера все мы сидели в столовой. Ну, кто-то внутри, кто-то совсем рядом – на лавочке, около. Мы ждали ужин. Уже пахло супчиком и картошечкой. Есть хотелось ужасно. Закатные лучи озаряли горные вершины, небо покрывалось облаками. Наверное, завтра опять будет дождь.

Мы болтали. О чем может болтать толпа бездельничающих археологов? Ни-о-чем!

И вот тут раздался он – звонок. Тот самый телефонный звонок, после которого Начальник начал в бешенстве метаться по лагерю с криками: «Идиоты! Боже, какие идиоты!». Мы растерянно стояли вокруг, не зная, что предпринять. Не согласиться с ним было трудно.

Ребята забраться на вершину забрались. Ну как забрались – немного не дошли. Дорогу они благополучно потеряли. Потому как без нормальной карты, опыта хождения по горам и, собственно, практического знания местности не потерять дорогу было бы странно.

После этого с ними случился другой катаклизм – у них полностью закончилась вода. Потому как если воды взято в разы меньше, чем нужно на самом деле, то было бы странно, если бы она не закончилась на полпути.

И ребята осели. На отметке «север 43.00.268, восток  043.49.845», зная, что «ближайшая горная вершина — Васкеза». После чего один из них позвонил маме в Москву и сказал, что «если они в ближайшем времени не выберутся, то вызывайте им МЧС». Не знаю, какие там эмоции были у мамы. Но думаю, что в приличных выражениях их описать будет трудно.

Через какое-то время то ли они, то ли та самая мама, сейчас уже не помню, позвонили Начальнику, дабы поставить его в известность – ребята застряли, помогите. И это тоже, в общем-то, объяснимо. Потому как, не взямши заранее перед походом номера МЧС, скорой помощи и других спасательных неотложных служб, не зная, куда и как двигаться, было бы странно просто сидеть на месте и совсем ничего не предпринимать.

Кажется, им вызвали МЧС. Но еще ровно сутки мы не знали, что с ними и где они.

Вскоре выяснилось, что ребята после двух или трех суток сидения в горах без воды спускаются с гор, чтобы отбыть по маршруту Владикавказ-Москва. Вызов МЧС, кстати, был отменен. Мама одного из них позвонила Мошинскому и сказала, что «спасибо, все в порядке».

 

анжелика

Честно говоря, написать я хотела об этом именно тогда – 10 августа. Но по техническим причинам не смогла этого сделать. И слава Богу – потому что материал получился бы почти оскорбительным. На эмоциях, разумеется.

— Но написать надо – чтобы другим неповадно было! – как сейчас слышу голос нашего архитектора Люси Мазур, раздающийся откуда-то из глубин ее палатки в то время, когда мы, стоя растерянно на пятачке возле столовой, пытались придумать, что же делать в такой ситуации.

— Ага, и пожестче, – Саша Физик был явно с ней солидарен.

Ну не знаю… Я вообще не сторонник агрессии в решении всяких действительно спорных моментов. Но, перефразируя мысль того же самого Физика, окоченевшие тельца на вершине горы и цинковые гробы – это, конечно, не то, к чему стоит стремиться.

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

По грантовой программе «Агростартап» в Северной Осетии планируется создать 4-5 новых хозяйств. Однако власти нацеливают […]

Чем запомнилась «эпоха Битарова»

10.04.2021

Врио Главы Северной Осетии в ходе беседы с Путиным обозначил основные направления работы на ближайшую перспективу

09.04.2021

Вячеслав Битаров выступил с речью после ухода с поста Главы Северной Осетии

Больше месяца «Градус» не может получить ответ от премьера Тускаева на запрос о дальнейшей судьбе «Электроцинка»

Один из владельцев «суицидальной высотки» готов к любому итогу в судьбе самого скандального объекта Владикавказа

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: