Шок и трепет

Свидетели рассказывают ужасающие истории о жизни Аланы Каллаговой, по версии следствия доведенной до самоубийства мужем

В Алагирском районном суде сегодня состоялось второе заседание по уголовному делу в отношении Урузмага Гагкаева, обвиняемого в доведении до самоубийства своей супруги. Напомним, трагедия произошла в конце июня. По версии следствия 21-летняя Алана Каллагова повесилась на поясе от собственного выпускного платья после того, как муж избил ее до крови. Как позже показало расследование дела, жестокое обращение Гагкаева к жене носило систематический характер. Свидетельские показания также подтверждают угрозы и регулярное применение физического насилия обвиняемого над Каллаговой.

img-20161220-wa0022

Сегодня в суде заслушали показания Мадины Дзалаевой — ближайшей подруги и однокурсницы погибшей, девушки дружили с первого курса:

Даже когда они только встречались, он постоянно по телефону кричал на нее, унижал, оскорблял. Мог позвонить ей посреди пары, и если преподаватель не разрешал выйти, чтобы она могла ответить на звонок, это был повод для очередного скандала. Или когда совсем не оставалось выхода, она поднимала трубку, а Гагкаев слушал лекции, тем самым проверяя, находится она на паре или нет. На мои вопросы, почему не расстается с ним и терпит такое отношение, отвечала, что любит и поэтому не хочет. Когда Гагкаев украл ее в день ее рождения, Алана месяц ходила такая счастливая. Однако через какое-то время вновь начала приходить в слезах. Сначала она молчала, но потом призналась, что муж избил ее из-за задержки на рейтинговых занятиях в университете. Он решил, что она вместо учебы гуляла с мальчиками, и это на 7-ом месяце беременности! В наказание он заставил мать своего будущего ребенка лежать на полу без одеяла.

Другой случай «праведного» гнева ревнивца шокировал присутствующих в зале не меньше:

Как-то раз Гагкаев отвез ее на окраину Алагира и избил только из-за того, что, как ему показалось, Алана проявила неуважение к его матери, купив ей недостаточно дорогое мороженое.

Видимо в воспитательных целях, как стало ясно со слов свидетельницы, супруг оставил ее там где-то на час, а затем забрал домой:

После этого случая она неделю не ходила на учебу, а затем стала появляться в синяках и ссадинах. Когда разразился очередной скандал, Алана призналась Гагкаеву, что больше не любит его и не может это больше терпеть. Тот ответил взаимностью и предложил тихо-мирно разойтись. Затем Гагкаев показывал ей фотографии девушек, чтобы она выбрала, с кем ему дальше общаться. И Алана слушалась его. Однако той же ночью он в очередной раз избил ее, прочитав в телефоне историю сообщений, в которой она нам обо всем рассказала, и пригрозил, что просто так она из его дома не уйдет.

Другой скандал, по словам девушки, произошел после концерта, на котором Каллагова играла на гармошке. Гагкаев поругал супругу за то, что во время выступления она смотрела не на него в зал, а на доулиста, с которым вместе выступала:

— После этого скандала Алана уже не принимала участие в концертах, так как он не разрешал. Когда я в очередной раз спросила, почему она не уходит от него и терпит такое отношение, Алана ответила, что боится его. Он угрожал опозорить ее на весь Алагир, рассказав всем, что она испорченная девушка, или грозился ребенка отнять, или вовсе убить ее. Родственникам она не рассказывала о происходившем, чтобы они не расстраивались.

Однако, как следует из показаний отчима погибшей девушки, которые были взяты на первом заседании, с обвиняемым он был в дружеских отношениях, и Гагкаев даже несколько раз рассказывал, что бил его падчерицу.

Слушая показания Дзалаевой, сложилось впечатление, что легче рассказать о том, за что обвиняемый не ругал и не избивал супругу, нежели наоборот:

Он скандалил и наказывал ее и из-за того, что она стала хуже учиться и перестала стипендию получать. На первых двух курсах Алана получала приличную стипендию, так как хорошо училась. Гагкаев часто звонил ей в день получения стипендии, приезжал из Алагира и они покупали ему то одежду, то телефон, то обувь. А сам на дорогу даже не давал, и она была вынуждена просить у матери. А причиной спада в учебе стали частые пропуски, так как у Аланы постоянно болела ее малолетняя дочь.

Как далее рассказала свидетельница, ревность супруга дошла до запрета обедать в студенческой столовой, так как «на нее смотрели бы парни, а она на них»:

Однажды Гагкаев избил ее из-за безобидного видео, которое ей прислали в Whatsapp. После учебы она все чаще не хотела идти домой, была грустная. Рассказывала, что он часто поджидал ее на автовокзале в Алагире и наблюдал за ней. В тот роковой день, после выпускного, у нее также было плохое предчувствие, что Гагкаев будет ждать на вокзале. Хотя на выпускном Алана была веселая, но при этом говорила, что слишком много смеется и как бы чего плохого не случилось. Предчувствие ее не обмануло… А у нее было так много планов — уехать в Моздок, подальше от него, и преподавать там.

Обвинение попросило Дзалаеву рассказать о взаимоотношениях в семье Гагкаевых:

По словам Аланы, брат ее мужа был нелюдимым. Как-то они с дочкой зашли на кухню, а деверь оттуда вышел с ворчанием «здесь нельзя нормально поесть». Я была у них дома два раза на праздничных мероприятиях и почувствовала плохую атмосферу. Видела, какое отношение свекрови к Алане: все, что она делала, было не так. Глядя на отношение сына к невестке, свекровь только ограничилась советом не огрызаться на мужа, чтобы избежать побоев.

За 4 года знакомства с погибшей у нее еще были конфликтные ситуации с кем-нибудь? – вопрос со стороны обвинения.

Ни с кем. Она была добродушным человеком, ни с кем не ругалась. Хотела все наладить в семье, но не получалось.

Защиту же интересовало другое — почему свидетельница, видя такое отношение к подруге со стороны мужа, не обратилась в правоохранительные органы, и как свидетельница может утверждать, что это именно Гагкаев угрожал и унижал Каллагову и ее подругу по телефону:

Потому что я видела входящий звонок с его именем.

— То есть по вашим доводам? – не унимался адвокат Артур Габуев.

— Нет, со слов Аланы тоже это было ясно.

— У вас есть заключение фонографической экспертизы? — вопрос защиты утонул в горьком смешке, в унисон пронесшемся среди собравшихся.

Когда же пришел черед самого подсудимого задать вопрос свидетельнице, он решил не ограничивать себя в выражениях:

— У меня к свидетельнице очень много вопросов, но я бы хотел задать самый главный: почему ты совала свой большой нос в нашу личную жизнь? Почему ты ей давала советы, как заводить тайком отношения?

Мадина Дзалаева обвинения со стороны подсудимого отрицала.

Другая свидетельница – однокурсница Аланы Каллаговой — также подтвердила, что часто видела ее в слезах из-за скандалов с мужем, а после в синяках:

— Да, муж бил ее из-за того, что она перестала получать стипендию. Он мог в любой момент позвонить, и она вставала и уезжала домой посреди пары. Кроме того, Гагкаев не то, что на концертах, даже на всех ее репетициях присутствовал. У Аланы были надежды, что все наладится, и она терпела из-за ребенка.

Характеризуя Алану, свидетельница отметила, что погибшая была «адекватным человеком, доброй девочкой, хорошо училась и была примером для многих»:

Но очень легко ранима. И делиться с нами начала только когда поняла, что не может уже справиться сама. Выпускной — единственный случай, когда она куда-то пошла с нами. У нее тогда было хорошее настроение, первый раз видела ее такой веселой.

Следующее судебное заседание, на котором допросят уже свидетелей защиты, пройдет 27 декабря.

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

Партии и ЦИК обвинили друг друга в «каруселях» и вбросах

ПРО уставших избирателей, потери «Единой России» и «Патриотов», возвращение ЛДПР и дебют «Родины»

Первый пресс-аташе в отечественном футболе Андрей Айрапетов рассказал о встрече с Пеле, шампанском для ливерпульцев и клюшке от Харламова

От роста доходов до падения промышленного производства

Наша жизнь в определенной степени зависит от акциза, хотя не всегда можно узреть и почувствовать его на ощупь

Хватит ли денег на жизнь отдельно взятой семье

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: