Show-life

«Приличные девушки»: музыкально-пластический спектакль с болгарским акцентом

На сцене Русского академического драматического театра состоялась премьера музыкально-пластического спектакля «Приличные девушки».

На свете не существует менее объективного человека, чем я. Именно поэтому у меня есть не самая хорошая потребность в антракте или после спектакля прислушиваться к тому, что говорят зрители, обсуждая увиденное и услышанное. Так легче получить точку опоры, чтобы можно было от нее оттолкнуться надежнее. И в этот раз я выхватила два важных для себя высказывания.

Первое звучало так: «Мне это понравилось больше, чем «Оркестр». Данная реплика – подарок для меня. Спасибо незнакомке, которая ее произнесла. Имея в виду озвученную мысль, я могу сформулировать сразу два тезиса.

Первый такой: спектакли «Оркестр» и «Приличные девушки» вполне можно сравнивать, потому что в основе интереса авторов – женские судьбы, чаще очень несчастные, даже трагические, чем счастливые.

И еще оба спектакля – о мире шоу-бизнеса.

Второй тезис противоположен первому: спектакли сравнивать не слишком верно, потому что они созданы в совершенно разных жанрах. Причем, в обоих случаях чистота жанра выдержана с первого до последнего мгновения действия. Это не так просто сделать, на самом деле. И к Богдану Петканину, режиссеру из Болгарии, который ставит на сцене нашего театра уже не в первый раз, могли бы быть претензии, если бы он обозначил жанр «Приличных девушек» как мюзикл, но он поступил хитрее: на афишах написано так: «Музыкально-пластический спектакль». Очень емко и понятно. Музыки много (автор ее Александр Гоптарев), пластики еще больше (хореограф и режиссер по пластике – Сергей Никульшин), но это все-таки не совсем мюзикл.

И тут мне хочется сказать вот что. Не странно ли, что две последние премьеры, очень мощные, надо признать, связаны с шоу-бизнесом. Что это? Тенденция? Случайность? Я уверена на все сто процентов, что подобные совпадения всегда знаковые.

И в данном конкретном случае речь идет о том, что наш Русский драматический театр в очередной раз почувствовал и попытался осмыслить существенную, если не главную черту нашего времени: мы стали все превращать в шоу.

Политику, искусство, медицину, образование… Кругом шоу! Любовь и дружба, кстати, тоже. И смерть не стала исключением. А в шоу все-таки, что ни говори, важнейшими составляющими всегла были, есть и будут фальшь, ложь и притворство. В разных масштабах, конечно. Отсюда покалеченные судьбы show-girls, show-boys, show-babyes (эти многочисленные талантливые и уже сломанные дети на экранах меня просто потрясают) и огромное количество других show-категорий.

Страшно, на самом деле. Даже одна из героинь спектакля «Приличные девушки», которая, казалось бы, исполнила заветную мечту большинства женщин: вышла замуж за богатого лоха, который исполняет и оплачивает все ее прихоти, — вполне несчастное создание, которое вот-вот, когда закроется занавес, поймет, как много ее души, ее сути, ее главного съело ШОУ. Должно ли шоу продолжаться в таком случае? Вот ведь в чем вопрос! (Об этом, кстати, шикарный фильм «Богемская рапсодия», один из номинантов на «Оскар»). И это второе дно спектакля – умопомрачительно.

Следующее высказывание зрителей после премьеры выглядело так: «Чувствуется рука Богдана». Что это может означать? Во-первых и в-главных, то, что мы уже очень хорошо знаем стиль и манеру Богдана Петканина, что он наш родной и близкий человек, что мы к нему привыкли. Но я бы не согласилась, что спектакль похож на его предыдущие работы.

Все, что было до «Приличных девушек» отличалось молниеносной скоростью, сменой декораций, кружением сцены (буквальным), очень быстрым темпом.

А вот новая работа Богдана – совершенно иная.

Одна декорация, практически не меняющийся свет… Разве что выделяются в сценическом пространстве те или иные фигуры. И темп происходящего на сцене более медленный, плавный, вдумчивый, несмотря на явную развлекательную природу жанра. Что случилось? Возможно, режиссер уже «наигрался» в эксперименты с визуальными приемами воздействия на зрителя, с превращением драматического мастерства в шоу? Возможно, стремление к слишком ярким внешним элементам, перемещениям, передвижениям исчерпало себя? Возможно, режиссеру захотелось вернуться к самой сути театра, заключающейся в простейших вещах: четыре стены (задник, кулисы с двух сторон и виртуальная стена между сценой и зрительным залом, которую режиссеры то предлагают «воздвигнуть», то настаивают на том, чтобы ее «сломать»), вполне спокойный, нейтральный свет и АКТЕРЫ. Все-таки театр – это не шоу, а именно артисты, режиссеры и катарсис в идеале.

А возможно еще вот что. Богдан поверил в мощную подготовку наших артистов, в их талант, он позволили себе опереться не на сценические выкрутасы, тоже в его исполнении талантливые, а именно на ЭТО: на актерское мастерство служащих в Русском драматическом молодых ребят и девушек.

Недавно в одном из интервью Римас Туминас, имея в виду примерно то же, что попытался сделать Богдан, рассказывал, что никого из своих актеров не собирается раздевать, никаких экранов и инсталляций не намерен использовать, что сценический круг, который можно заставить вертеться, заколотит (к чертовой матери!), чтобы все происходило на сцене естественно, без посредничества разнообразных «костылей».

Я не знаю, как кому, но мне очень приятно, что Богдан предстал другим, хотя явно был соблазн повторить успех мюзикла «Любовь, несмотря ни на что…». Тем более что автором обеих пьес является Леонид Адамов, к драматургии которого у меня есть претензии в излишней банальности и предсказуемости. Хотя на фоне стагнирующего, использующегося либо как орудие безжалостной пропаганды, либо как средство самого непритязательного, если не сказать, что абсолютно низменного развлечения современного телевидения созданный Адамовым текст – практически шедевр. Но если судить по большому счету, то, конечно, можно было бы и поглубже, и посимпатичнее. Хотя имеем ли мы право в наше с каждым днем глупеющее время такого ждать, не говоря уж о том, чтобы требовать?

Невероятно уже то, что актеры поют живьем. И это подвиг, если не забывать о пластической составляющей спектакля.

Занятым в постановке ребятам (играет молодежь!) приходится много двигаться, танцевать. Петь в подобных условиях крайне сложно. Но ведь рискнули же, хотя вряд ли кто-то из зрителей осудил бы за фонограмму.

Еще не могу не хвалить Богдана за тактичность и деликатность. Очень непривычного, забытого уже нами уровня. Скрип кроватных пружин вместо разговора об ЭТОМ… Тончайшие шутки, как, к примеру, положенные возле портрета «любимой» жены цветы, уж очень напоминающие букет у надгробия…

Конечно, три сцены, связанные с платками-шарфами-полотнищами, в которых мне, если честно, не хватило звуков: пусть не музыки даже, а какого-то ритма, стука, шуршания… В полной, кромешной тишине эти замечательно придуманные и исполненные сцены несколько «проваливались», что ли… Но это мне так показалось. Скорее всего, я не имею права что-то подобное говорить, не спросив режиссера о замысле. Еще было замечательное начало, связанное с тем, что спектаклю задавался именно тот ритм, которого мне не хватило в сценах с огромными кусками тканей. Ритм был создан самыми разными бытовыми предметами, напоминая зрителю о том, что музыка рождается из обыкновенного шума.

В лучших своих сценах спектакль сопоставим с великими музыкальными комедиями уровня «В джазе только девушки», «Обыкновенное чудо», «Двенадцать стульев» (с Андреем Мироновым)…

Ну, и о главных героях спектакля: об актерах. Именно они на этот раз в фокусе для Богдана.

Скажу, что по предметам «Актерское мастерство», «Отрывки», «Я в предлагаемых обстоятельствах» и так далее поставила бы всем оценки «отлично». Но о некоторых скажу особо.

Во втором акте просто отжигал Роберт Кисиев. Этот актер реально сделан из пластилина. Он может все! Такое ощущение, что из него достаточно просто что-то слепить, потом скомкать, снова слепить и скомкать… И так до бесконечности. Хотя и дальше тоже можно. Вроде бы ничего особенного он не делает, а зритель глаз не может оторвать. Это секрет состоявшегося большого мастера. И даже он сам, наверное, не знает и не сможет объяснить, каким образом он это делает. Харизма невероятная. Дар!

Вообще мужское трио было великолепным. Все такие разные. В самом начале есть эпизод, когда три «спонсора», как сейчас говорят, увидели девушек из кабаре. И так по-разному все трое отреагировали! У Виктора (Стас Кибилов), что называется, слюнки потекли; Влад (Алан Цаллаев) был удивлен больше, чем можно было ожидать; а Анатолий (Роберт Кисиев) буквально остолбенел, окаменел даже. Так это здорово получилось.

Н.Верзилин сыграл совершенно уникального человека: трогательного, смешного, оторванного от земли, в конце – трагического. Актеры могут посмотреть на своих персонажей под разным углом: они имеют право героя оправдывать, осуждать, прощать. Никита своего Боба очень любит. Это видно так сильно, что зрители тоже начинают его любить.

И еще один мужчина появляется на сцене. Это «Хороший» (так он обозначен в программе). Сыграл его Давид Бязров. Ни единого слова, но такая выразительная пантомима, такая потрясающая мимика… Глазами актер сказал нам столько, что понадобились бы страницы текста. Негромкий (в данном спектакле), но очень глубокий актер. Драка в будто замедленном темпе выполнена филигранно, ювелирно и очень красиво. Браво! Давид Бязров редко появляется пока в постановках, поэтому желаю ему крыльев и ролей. Ролей и крыльев.

И девочки. Глубокая и нежная Инга (Э.Бестаева). У актрисы великолепный бархатный голос. Слушать ее пение – сплошное удовольствие. Кстати, ей досталась самая трогательная песня в спектакле, что, по-моему, справедливо.

Три красотки с разными судьбами: Анна (Е.Бондаренко), Изабелла (З.Бестаева), Мария (А.Алехина). Все трое сделали все возможное, чтобы мы, зрители, не могли не разглядеть их «девочек». Очень большой удачей считаю проход («пролаз», «проползновение») З.Бестаевой и А.Алехиной по зрительному залу. Это было игриво, задиристо и очень-очень смешно.

Единственное, что меня несколько покоробило, это манера изображения беременной женщины Настей Алехиной. Я понимаю, что беременные неуклюжи, но они при этом милы и симпатичны все-таки. Слишком гротескное исполнение показалось мне грубоватым. Я бы смягчила, сгладила все эти беременные кошмарчики, чтобы героине начали сочувствовать зрители. Пусть будет не так смешно, зато более нежно. Но и это дело вкуса, конечно.

А еще заметен кураж. Актерам нравится быть на сцене именно в этих ролях, они явно кайфуют. Это и есть успех.

Я давно мечтаю об интервью с Богданом. Меня с ним познакомили, но я не профессионал в журналистике, поэтому, наверное, не совсем правильно понимаю термин «интервью». Мне не кажется интересным задавать молниеносные вопросы о том, что я сама могла почувствовать и понять, посмотрев спектакль. Мне интересно посидеть и поговорить. Внимательно, скрупулезно, спокойно. Чтобы раскрыть человека, чтобы попытаться показать его читателям изнутри. Этого пока не получается. Богдан приезжает ненадого, ставит на бешеной скорости, потом наездами подправляет… Но я успела спросить его, доволен ли он премьерой. Он грустно (устало?) улыбнулся, пожал плечами и сказал: «Да».

Буду закругляться. Всем советую сходить на новый спектакль, расслабиться, посмеяться над героями, узнать в ком-то свои черты и посмотреть на них со стороны. Это весело. А веселье – очень хорошее, искристое и исключительно полезное состояние. Бесценное в наше время.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ
09.11.2019

Новый сити-менеджер Владикавказа рассказал о миллиардном долге, ЖКХ и кафе на Набережной

05.11.2019

Ассоциации социально-активного бизнеса Северной Осетии «Сила Единства» исполняется пять лет

В Северной Осетии с шумом и возмущениями централизовали закупку лекарственных препаратов

Когда лягушка попадает в кувшин с молоком, она активно перебирает лапками в надежде выбраться

В сентябре жители Владикавказа получили, а местами даже избрали, новый состав Городской думы

22.10.2019

Уаллагком — историческая область традиционной Осетии – Алании

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: