Сослан Цаллагов: «Нужно поднять вопрос о статусе владикавказского парка»

Мы кормим лебедей в парке и постоянно с кем-то здороваемся, кому-то улыбаемся и приветливо машем очередным знакомым. Сюда приходят влюбленные, счастливые родители с малышами, шумные подростки, веселые студенты, пенсионеры и гости города. Тут тепло и уютно, здесь среди высоких деревьев живет дух основателя парка, офицера русской армии Михаила Ерофеева. Владикавказский парк – юбиляр. Он празднует 120-летие, и за эти годы о нем написали столько книг и статей, что не хотелось бы повторяться. Я поздравляю парк с днем рождения и желаю ему просто быть. А комментарии и экспертные оценки я жду от профессионалов. Сегодня с нами общается Сослан Федорович Цаллагов — заслуженный работник культуры РСО-Алания, директор Северо-Осетинского филиала Российского Фонда культуры, профессор кафедры архитектуры СКГМИ.

 

—  Наш парк-юбиляр – один из старейших парков Юга России. Естественно, за эти годы он претерпел ряд изменений. Но какие из них, на ваш взгляд, совершено лишние?

 

Цаллагов— Вообще, владикавказский парк всегда считался не только старейшим, но и самым красивым на юге России. Он великолепно срежиссирован как городской парк. И привлекал к себе объекты архитектуры, гармонично включенные в эту среду. И вся композиция, построенная на второй, на нижней террасе, имеет в основе (лейтмотив, главный в режиссуре) водные акватории. Они построены с точки зрения ландшафта великолепно. Но там маленький пруд утрачен. И надо думать, как его восстановить. А во-вторых, это водная акватория работает и как техническое сооружение. Как отстойник для забора воды на завод Электроцинк.

Я считаю, что этот парк — памятник ландшафтного искусства. Но памятником природы его трудно назвать. Потому что это не дикая природная среда. А это четко, грамотно, профессионально срежиссированное с дендрологической точки зрения, с сельскохозяйственной точки зрения, с ландшафтной точки зрения пространство. И которое эстетически сегодня является самой лучшей доминантой во всех парковых хозяйствах города.

Одни изменения можно отнести к положительным моментам. Это центральный вход в парк, входная парадная часть со стороны Проспекта.

Это и бюст Коста Хетагурова, который замыкает центральную аллею. А что касается навеса, большого ангарного перекрытия, — оно, конечно, чужеродно по отношению к парковой среде. И вот здание бывшего «Иртекса», его архитектура не гармонирует с парковой.

Парковая архитектура – тонкая, отточенная, миниатюрная, в деталях проработанная — по масштабу, по цвету, по фактуре органично вплетается в естественную природную среду. А то, что касается вот этого объема огромного, он грубо, как сундук, стоит и перекрывает визуальное пространство парковое. Это неудачная по массе попытка создать функциональный объект.

Детские аттракционы, машинки, санитарно-технический узел тоже не срежессированны тонко. Грубая посадка и того, и другого. Есть смысл вуалировать санитарно-техническую зону, или гримировать, но не выпячивать, как самостоятельный архитектурный объект.

Мостики обновленные, если судить по старым фотографиям, не соответствуют той старинной аранжировке парковых мостиков. Но, если честно, вначале нужно поднять вопрос о статусе парка. Если он имеет определенный статус, то мы не имеем права внедрять в него новоделы.

 

— Как раз мой следующий вопрос именно об этом. Разъясните мне, как человеку несведущему, один момент. В 1981 году Парк культуры и отдыха им. Коста Хетагурова был поставлен на государственную охрану как памятник природы (ботанический) всероссийского значения. Сегодня его называют памятником ландшафтной архитектуры. Также уникальность парка состоит и в том, что он является парком- дендрарием. Следовательно, если я правильно понимаю, он должен охраняться законом, не претерпевать никаких значительных архитектурных перестроек и не перекраиваться, если нет на то особой необходимости?

 

— Вообще, этот объект рукотворный и памятником дикой природы быть не может. Поскольку здесь работа профессионалов — и планировочное решение парковой территории, и внедрение туда малых архитектурных форм (это фонари, урны, скамейки, фонтаны, скульптурные композиции, киоски, туалеты и прочее в этом духе), и привлечение растительного мира определенной фактуры, масштаба, породы. То есть парк, скорее всего, имеет отношение к памятникам ландшафтного искусства. А если он получит такой статус, то как памятник архитектуры и как памятник истории он должен быть жестко и однозначно охраняем.

парквтекст

Все, что оставила нам история, та кульминация, которая была достигнута в развитии парка, должно быть взято за основу. И беспрекословно следовать тем параметрам, которые были заложены в тот самый кульминационный период. Нужно возвращать парку то, что было утрачено. Нужно взять фотографии, посмотреть и по ним все восстановить. Так, как попытались восстановить этот великолепный фонтан. Но почему я говорю — попытались? Потому что материал не тот, форма тоже искажена. Это не реставрация, а полуноводел. Но он в какой-то степени похож на первозданный.

Есть закон о сохранении памятников истории и культуры. Открываем и читаем. Закон отвечает на все вопросы.

 

Следуя совету Сослана Федоровича, я читаю закон: « … Объекты культурного наследия (памятники истории и культуры) народов Российской Федерации представляют собой уникальную ценность для всего многонационального народа Российской Федерации и являются неотъемлемой частью всемирного культурного наследия…». Исходя из Статьи 3 этого Закона достопримечательные места — творения, созданные человеком, или совместные творения человека и природы — относятся к памятникам культурного наследия.

Чтобы узнать, как обстоят дела с территорией самого парка, обратимся кСтатье 44, согласно которой «приспособление объекта культурного наследия для современного использования — научно-исследовательские, проектные и производственные работы, проводимые в целях создания условий для современного использования объекта культурного наследия без изменения его особенностей, составляющих предмет охраны, в том числе реставрация представляющих собой историко-культурную ценность элементов объекта культурного наследия».

 

То есть, наверное, и без разъяснений понятно, что главное словосочетание здесь «без изменения его особенностей».

И вновь обратимся к нашему собеседнику.

 

— Сослан Федорович, современный человек постоянно чем-то жертвует в угоду трендам и удобствам. С какими-то, как вы говорите, новоделами, в парке ведь все равно придется смириться?

 

— Мне недавно довелось рассматривать проект реконструкции корректировки генерального плана города Владикавказа, касающийся его исторического центра. И я был удивлен, что по проекту было предложено застроить со стороны парка линию домов, продолжая их от бывшего здания Министерства культуры до здания Министерства архитектуры. Но ведь понятно, что тогда мы потеряем открывающуюся панораму, связывающую пространство Парка и Проспекта. Это ведь гармонично сочетающаяся растительная масса по бульвару, перекликающаяся с зеленой массой насаждений парка. Вообще, это великолепный архитектурный прием, когда пешеходная, зрелищная зона имеет в своем пространстве возможность раскрыться на территории, не ограниченной строениями. Это ведь находка, это градостроительная изюминка. Как можно это закрыть?!

Я понимаю, что нужно использовать парковую территорию в коммерческих целях. Да. Парк должен зарабатывать какую-то копейку. Но не за счет строительства капитальных зданий, сооружений. А за счет легких, павильонного характера строений, трансформирующихся из одного пространства в другое. Они не подделка под старину, они конкретно видны. Понятно, что это временное сооружение. Оно не спорит, не вводит в заблуждение. Оно контрастно по форме. Это верное решение. Сегодня они здесь – завтра на противоположном берегу Терека…

Но дело не только в строительстве. Парк надо выслеживать. Подсаживать где что надо. Если дерево претерпевает критический возраст, то уже должна быть произведена подсадка. Но не карликового дерева, а уже набравшего хотя бы 5-7 летний возраст. Срубить старое дерево позволительно лишь тогда, когда новое поколение хотя бы в две трети достигнет масштаба того растения. В этом весь смысл не искажения парковых интерьеров. Нужно вовремя упреждать аварийные ситуации.

Мы должны уже думать о том, а не придать ли парку статус, который его сохранит. Это ведь уроки мастеров прошлых поколений. Нужна экспертиза, которая представит парк во всех его достоинствах, во всех ценностных категориях, которые позволят этот парк строго оберегать.

И кстати о Михаиле Ерофееве. Личность человека, оставившего такой яркий след в судьбе парка не должна быть нам безразлична. Хотелось бы вспоминать о нем хотя бы в юбилейные даты.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

Движущей силой выборов в Гордуму Владикавказа стали пенсионеры, о проблемах которых благополучно забыли

Больше мяса и молока, меньше масла и мороженного

Партии и ЦИК обвинили друг друга в «каруселях» и вбросах

ПРО уставших избирателей, потери «Единой России» и «Патриотов», возвращение ЛДПР и дебют «Родины»

Первый пресс-аташе в отечественном футболе Андрей Айрапетов рассказал о встрече с Пеле, шампанском для ливерпульцев и клюшке от Харламова

От роста доходов до падения промышленного производства

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: