Свято место?

Как снос «Дендрариума» может помешать строительству «Мамисона»

Мы, наконец-таки, получили пару инвесторов в лице Владимира Гуриева, представляющего красноярский «Гудмаш», и местной «Меркада групп», создававшей «Дендрариум», если прибегать к их кратким юридическим обозначениям.

Но самое интересное ждет нас впереди, и заключается в том, что обе компании прицелились на «Мамисон», а потому и легко обрели статус так называемых «якорных» инвесторов будущего всесезонного горно-рекреационного комплекса, к строительству которого вот-вот должны приступить после обустройства внутриплощадочных сетей.

Суммарно в курорт они намерены вложить 9 млрд рублей, и речь идет о строительстве 70 000 квадратных метров жилья (из расчета 20 квадратных метров на одного отдыхающего, а их будет не менее 3500 на первой очереди) и создании разветвленной сети торговых точек, досуговых и развлекательных структур.

Планы инвесторов, доведенные до власти, получили хорошую огласку, все цифры и факты есть в открытом доступе. Одним словом, до начала пандемии и даже на всем ее протяжении у нас существовал тандем двух предпринимательских структур, смело смотрящих в будущее и готовых прилично вложиться в родную туриндустрию.

Но недавно принятое судебное решение о сносе «Дендрариума» способно спутать карты, и оставить открытым вопрос: пожелает ли инвестор, переживший крах многомиллионного ресторана на равнине, строить очередные, и скорее всего, стационарные объекты в горах?

Есть предположение, что после окончании пандемии возникнет некоторое оживление на рынке туристических услуг, что, частности, повысит привлекательность для вложений в строящиеся курорты, в том числе, и «Мамисона».

Конечно, свято место пусто не бывает, но нужно быть очень большим оптимистом, веря что замена «Меркаде» найдется быстро. Впрочем, возможно, депутаты Засеевы и не сбрасывают со счетов «Мамисон», учитывая, что придется восполнять потери после вероятного сноса «Дендрариума».

Другой вопрос — захотят ли они, имея свежую обиду, вкладываться в республику, которая обошлась с их бизнесом жестко, хоть и по букве закона?

Тем более, туризм — игра «вдолгую», а на Северном Кавказе, с большим количеством конкурентов, особенно рискованная. Без полного взаимопонимания с властью большие проекты в России фактически не создаются.

Поэтому «Меркада» вполне может воспринять принципиальное судебное решение как черную метку для участия в развитии «Мамисона».

Да и коронавирус –  вопрос животрепещущий, и от новой инфекции туризм, особенно региональный, сегодня так трепещет, что погрузился в пограничное состояние между жизнью и смертью.

Пока, к великому сожалению, просматривается бесплодность усилий, способных до конца года решить одну из проблем, о которой много сказано, но ничего не сделано. Суть проста — хорошие и интересные туристические маршруты в республике есть, но приличный придорожный сервис на всем их протяжении напрочь отсутствует.

Если в республику мы завлекаем богатой историей, самобытными традициями и неповторимой природой, то, значит, рассчитываем на приезд человека культурного и цивилизованного.

С нетерпение ждем, так сказать, homo cultus civilis, которому хочется не только соприкоснуться с дивным и уникальным прошлым, но удовлетворить свои настоящие запросы и потребности.

И в данном контексте не обойтись без достойного объекта туристического сервиса, где взыскательный гость сможет оценить национальную кухню, купить еды и сувениров, скинуть через «вай-фай» полновесные фото, воспользоваться санузлом. Безусловно, помимо организованных туристов, следует учитывать массу авто путешественников, что предполагает минимальный набор услуг в виде мойки транспортного средства, вулканизации и мелкого ремонта.

Когда –то в республике планировалось создать не менее 20 таких объектов на наиболее ходовых маршрутах, но теперь, после обрушившейся пандемии идею отложат в долгий ящик. До конца активного туристического сезона, в лучшем случае, остается три месяца, а работать «по-стахановски» у нас не умеют, да и с деньгами достаточно серьезная проблема.

В республике немного найдется бизнесменов, которые за счет самоизоляции и карантина, сумели обрасти «финансовым жирком», и теперь готовы диверсифицироваться и потратить деньги на создание инфраструктуры туризма.

Можно предположить, что кому-то удалось неплохо нажиться на лекарствах и медицинских изделиях, но это не более, чем предположения при отсутствии статистики, которой можно доверять.

Ведь сегодня потерявший доход из-за коронавируса среднестатистический североосетинский предприниматель будет крайне щепетилен в вопросе будущих вложений, и ему нужно только одно – максимально сокращенная фаза инвестирования. А тут еще его и о второй волне инфекции мягко предупреждают.

Кроме того, есть понимание того, что объект придорожного турсервиса с хорошим набором услуг – это не просто какая- то летняя открытая веранда, а нечто большее. В случае грядущей опасности именно придорожный сервис и будет закрываться в первую очередь, а открываться в последнюю. И логика в этом есть — один случай инфицирования туриста в РСО-Алания принесет нам больше репутационного ущерба, чем творения того же Артемия Лебедева в плане регионального брендирования.

Судя по всему, практические действия по созданию качественного придорожного сервиса откладываются  на неопределенный срок. И что тогда у нас в итоге, в сухом, так сказать, рукотворном остатке?

Получается, что только один висящий на волоске «Дендрариум» и два социально-бытовых комплекса, построенных на участке Военно-Грузинской дороге, а именно на 22-м и 24–м километрах (по терминологии дорожников отсчет километража начинается с поселка Редант).

Но все же не стоит последние два объекта приписывать исключительно к полноценному дорожному сервису – они строились ради того, чтобы обеспечить сносные условия для тех, кто не сможет пересечь российско-грузинскую границу из-за природных катаклизмов, а их в последнее время, более чем достаточно. Если граница из-за обильных снегопадов в Грузии на замке, то людей же надо как-то обустроить – вот и вся философия их появления.

Что касается «Дендрариума», то затруднительно говорить о том, кто чаще посещает ресторан – проезжающие мимо Владикавказа туристы или жители республики. Впрочем, это уже вопросы хозяйствующего субъекта и его менеджмента.

Хотя можно напомнить о том, что строилось кафе в то время, когда власть была еще не столь отягощена созданием придорожного турсервиса. Инвестор, надо отдать ему должное, сумел тонко прочувствовать и одновременно уловить две перспективные тенденции. Первая была обусловлена тем, что Грузия из года в год будет прирастать туристами, как летними, так и зимними, и это для многих россиян уже свершившийся факт. Вторая тенденция проявляется из области геополитики вкупе с реальной экономикой. Армения в 2015 году вошла в состав ЕАЭС, что означало усиление пассажиропотока и грузооборота с Россией, а затем и со странами постсоветского экономического пространства.

На протяжении последних 20 лет мы много говорили о том, что Северная Осетия должна извлекать максимальную финансовую выгоду из единственной артерии, соединяющей Россию с государствами Кавказа и Ближнего Востока.

Проще говоря, Военно-Грузинская дорога должна была, если не кормить население приграничного российского региона, по которой она большей частью проходит, то всяком случае, хоть каким –то образом наполнять республиканскую казну через налоги и рабочие места, создаваемые на всем ее протяжении. Но в очередной раз, или как всегда, что-то пошло не так, и особых вливаний бюджет за счет этой дороги так и ощутил.

Однако не все потеряно, и сдаваться в вопросах «дорожно-бюджетного наполнения» еще рано, о чем свидетельствует достаточно амбициозный проект создания «Алания парк», инициатором которого является предприниматель Владимир Гуриев, не нуждающийся в особых представлениях.

В ряде СМИ данный проект стали именовать как «Кавказский диснейленд», способный разместиться на площади 230 гектаров, и принимать ежегодно не менее 300-350 тысяч человек.

Расположится парк на южной окраине Владикавказа и самым близким к нему населенным пунктом станет Попов Хутор – других свободных земель в этой части города нет. Если брать по карте, то от «Алания-Парка» до «Дендрариума» не более трех- четырех километров, причем, по хорошей асфальтовой дороге. Новый объект массовых развлечений готовятся запустить в 2022 году.

Кстати, о намерениях превратить южную окраину Владикавказа в рекреационный комплекс заявляла еще в 2011 году городская власть в бытность беглого мэра Сергея Дзантиева. Тогда речь шла о том, что в состав комплекса войдут национальный парк развлечений «Зилахар», туристическая база «Балта» и всесезонный объект отдыха под названием «Лысая гора».

Согласно замыслу, северный и восточные склоны Лысой горы можно было использовать для катания на лыжах и сноубордах, а подножие планировалось насытить инфраструктурой, состоящей из гостиницы, пунктов проката, кафе, баров, магазинов и развлекательно-досуговых точек. Таким образом, предполагалось создать некий прообраз «Мамисона» в минималистском ключе.

За девять прошедших лет вместо созидания получился лишь «секвестр» старого и милого Дендария с одновременным возведением на части его бывшей территории элитного коттеджного поселка «Московский квартал» и упомянутого «Дендрариума».

И последний может стать жертвой обычно «самого гуманного в мире» суда.

Материалы по теме:

Быть или сносить?

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

История успеха самых известных пончиков Владикавказа

30.11.2020

Директор Фонда микрофинансирования малых и средних предприятий РСО-Алания Авдан Найфонов: — Фонд заинтересован в выдаче […]

Смотровая площадка, хостел и кемпинги: на что Осетия потратит 11,5 млн от Ростуризма

или как онкобольному лечь в больницу и не нарваться на хамство

25.11.2020

«Прямая линия» с начальником управления по поддержке малого и среднего предпринимательства и развития международных и […]

PRO превратности статистики

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: