«Увидеть осетинцев»

Стратегия-2030: развить туризм и не превратиться в Мумбай

Стратегии социально-экономического развития до 2030 года активными гражданами республики обсуждается не в первый раз. Напротив, кто-то без всяких призывов властей к действиям уже давно изучил сей многостраничный труд и даже успел подвергнуть целый ряд его постулатов критике. Сейчас общественность просят участвовать в официальных общественных дискуссиях, посвященных подпрограмм стратегии, в частности, подпрограмме «Туризм».

Три группы экспертов перед встречей с народом отдельно обсудили документ, сильные и слабые стороны, пробелы. В тот же день в форме открытого диалога прошла сама общественная дискуссия, в ходе которой «наработки» экспертного сообщества тезисно озвучивались. Впрочем, забегая вперед, ничего революционного и принципиально нового специалисты так не озвучили.

dsc_7530

Что касается задач, которые ставит перед собой республика в ходе реализации подпрограммы «Туризм», «Градус» об этом ранее писал в материале «Шкура неубитого медведя». Те же тезисы звучали и на этой встрече. Впрочем, простых смертных в зале было не так много: по большой части журналисты, депутаты, эксперты, представители бизнеса.

Ранее регламентированное посещение для иностранных граждан приводило к курьезным ситуациям — испуганных иностранцев нередко ловили прямо на базе отдыха.

— Наши аргументы приняты, мы согласовали новые границы со всеми службами, закрытыми остались только Моздокский район и часть Ардонского. Пригородный, Алагирский, Ирафский районы к концу года смогут принять иностранных граждан, – заявил Карсанов.

Экология и этика

С кратким спичем перед собравшимися выступила депутат от партии «Патриота России» Светлана Доева:

 — Вы очень много пунктов обозначили, над которыми еще нужно работать, но вы почему-то проскочили вопрос экологии. На мой взгляд, он сегодня самый актуальный в регионе, и это важно для туристов. Ни один турист не посмеет к нам приехать [из-за того что] происходит с экологией. И мы видим, и парламент работает, и правительство работает и межведомственная комиссия работает над вопросом. Но пока он не будет утрясен, мы потока туристов, наверное, ожидать не имеем право.

Конечно, отрадно, что депутаты так обеспокоены экологическими вопросами, однако основные мероприятия в рамках развития туризма запланированы в горной части республики, на экологическое состояние которой «замечательный завод», как называл «Электроцинк» Таймураз Тускаев, не влияет. Строго говоря, есть еще и проблема с хвостохранилищами (накопленный экологический ущерб), но тот же Мамисон и Дигорию сия чаша миновала.

Кроме того, многие депутаты нынешнего созыва парламента работали в предыдущем — пятом созыве. На период их работы, как органа законодательной власти, пришлись первые активные волны протеста против известного цинкового предприятия.

Это период выбросов и локальных пикетов, бурных споров в стенах самого парламента, где выступали по данному вопросу специалисты самых разных направлений.

И кое-кто из депутатов зарекомендовал себя в ходе этих дискуссий не с лучшей стороны.

Строго говоря, сложно сказать, что хуже — последовательно отстаивать позиции завода, к чьей деятельности с точки зрения экологии были и есть претензии, или же действовать согласно ситуации. Несколько озадачивает то, как рьяно некоторые сейчас носят знамя экологии. Теперь на волне общественного недовольства непопулярные проблемы выносятся и к месту, и не к месту. Говорят, «Электроцинк» помогает чиновникам всех мастей зарабатывать политические очки, только вот выборы намечаются в Гордуму, а не в Парламент.

Надо сказать, что спич Доевой нашел поддержку в зале, правда, хлопки были вялые, но слова депутата все-таки упали на благодатную почву. Между тем, по словам Карсанова, для него экология и туризм — неотъемлемые части единого целого, однако включать экологические мероприятия в проект по туризму считает нецелесообразным:

—  Я, честно говоря, не понимаю, как это сейчас касается этого документа. Здесь не может возникнуть пункта борьбы с нарушителями экологической среды. Как мы могли вообще сюда такие мероприятия поставить, это совсем другие, надзорные, функции. Экология — это отдельная программа.

Вторая проблема, озвученная «патриоткой», — о знаках навигации, установленных в городе. Доева придала вопросу новизну, затронув не только корректность их заполнения, но и состояние самих туристических объектов города:

— Знаки навигации украсили город, я согласна. Но готовы ли те объекты к тому, что их будут посещать туристы? Возьмем дом Вахтангова, есть опознавательный знак возле ЦУМа. Пройдемте к этому дому, его можно показывать туристам? На мой взгляд, нет.

По словам Карсанова, установка знаков навигации — это своего рода пилотный проект, первый опыт, не лишенный недостатков. Он признал, что некоторые объекты, указанные в навигации, давно не существуют, например, Табачная фабрика Вахтангова или Ольгинская гимназия, но все поправимо:

— Эти знаки легко корректируются, чтобы вы понимали. Это не выброшенные деньги, у нас договоренность с подрядчиком. 

Как отметил уполномоченный по правам предпринимателей Тимур Медоев, навигация это хорошо, но стоит в ней обозначить и крупный бизнес, а желательно еще снизить препоны:

 — Знаки навигации – это тоже интересно, но на них должны быть обозначены не только объекты культуры, но и крупные объекты бизнеса.

Получить же в банке деньги под проект, который начнет окупаться спустя 5-10 лет, довольно сложно, несмотря на все танцы вокруг слова «туризм».

Другая обозначенная Медоевым проблема, как анекдот с бородой, все его слышали и давно перестали смеяться, но звучать реже он не стал. А все потому, что решить проблему пока не удается и перевести свое собственное помещение из жилого в нежилое не всегда просто:

— Если у меня, к примеру, есть дом у дороги, но я не могу собственный капитал инвестировать в отрасль. Такая проблема пока есть.

Иными словами, если кто-то на туристической волне решить по пути следования гостей из других регионов решит превратить комнатку в своем доме в магазинчик или придорожный сервис, ему придется переводить помещение в другую категорию, что несмотря на логику, простым делом не является.

— Малый и средний бизнес в туриндустрии выживает, и эту ситуацию нужно менять.  Если рассматривать соответствующие положения проекта Стратегии в части развития туризма, то следует конкретизировать все мероприятия, направленные на решение проблем с инфраструктурой – это газ, свет, вода, дорога, очистные сооружения, канализации.  Если мы говорим о придорожном сервисе, то и здесь нужны соответствующие механизмы привлечения бизнеса, — убежден Медоев.

Омбудсмена также волновал этический момент, речь шла о правилах посещения святых мест, которые мы должны утвердить, а информацию раздавать путешественникам.

А вот руководитель регионального ОНФ Клим Галиев отметил необходимость ограничить провоз и продажу алкоголя:

— Это большая проблема, когда люди приезжают активно отдохнуть, и мешают тем, кто приезжает культурно отдохнуть. Предложение ограничить ход алкоголя, в том числе и контрафактной продукции, из-за которых бывают беспорядки на наших туристических объектах.

 Агротуризм

Несмотря на вновь всплывший вопрос об экологии, предложения молодого садовода вызвало горячую поддержку. Кажется, что это логично, но водить туристов в Унал, это конечно спорный туристический ход:

— Мы в этом году восстановили унальскую грушу, и предложение такое — я бы хотел заняться агротуризмом. Есть уже сад, есть помещение, можно его переоборудовать под гостиницу.

— Это шикарное предложение, шикарное место. Но когда голословно заявляют, мы хотим агротуризм, то я говорю, что нужны крепкие сельскохозяйственные предприятия, фермы. То о чем вы говорите, это уникальная история, это не просто груши — это солнечная долина, это 1901 год золотая медаль в Сен-Жермене во Франции, завезенная когда-то бельгийцами, получившими концессию на разработку свинцово-цинкового комбината. Это уникальные вещи, на их базе можно и нужно делать. Приходите в любой момент Агентство развития, Ленина 2.

Почему же эта прекрасная идея спорная? Дело в том, что Унальское хвостохранилище, несмотря на то, что добыча полиметаллической руды и ее обогащение прекратилась еще вначале 90-х, почва и вода заражены тяжелыми металлами и годы ситуацию несильно улучшили. Хорошо, если сад находится в отдалении, но согласно разного рода исследованиям, вода и почва заражена на многие километры вокруг — ее разносят реки и ветер.

Не превратиться в Мумбай

Как отметил один из участников дискуссии, важно, чтобы деньги, которые будут потрачены на развитие туризма, на выходе не обернулись архитектурными уродствами.

По всей видимости, внимание акцентировалось на «Мамисоне», до застройки территории потенциального курорта дело так и не дошло.

Аналогия проводилась с архитектурной вакханалией в Куртатинском ущелье. В связи с этим у Карсанова спрашивали, как будет вестись работа, на что чиновник ответил — путем открытого конкурса. Но вопросы остались.

— То есть вся эта зона будет разбита на лоты, будут предлагаться инвесторам, а инвесторы будут строить в строгом соответствии с генеральным планом? Люди, которые что-то понимают в этом, боятся, что ущелье превратиться в Куртатинское — безвкусное нагромождение строений. Надеюсь, что при проведении работ это будет учтено.

По словам Карсанова, все фасады будут соответствовать требованиям эскизных планов проекта.

Ранее Курорты Северного Кавказа, Правительство России, включили в особую экономическую зону 42 тысяч гектаров, сейчас цифры пересмотрены:

— Нам сегодня нужно только 1200 гектаров — зона катания и сама туристическая деревня — 5-6 гектаров. Но у нас якорный инвестор потребовал, чтобы мы в особую экономическую зону обязательно ввели дорогу, создать вдоль дорог зону отчуждения, дабы не превратить проект в «Мумбай». Мы знаем, в Приэльбрусье сколько потом с этим боролись — лет 10. Алагирский район сейчас это жестко контролирует.

Вы повторяете слова Байсултанова (заместитель министра по делам Северного Кавказа — прим.), он тоже утверждал, что все земли раздали, но после того как ему предъявили паспорта, выписки из Росреестра, он сказал, что вопрос юридической чистоты земли снят.

Карсанов отметил, что главное не допустить разговоров, что «если земля моя, то и строить я буду, что хочу». Касательно эстетики, эксперт привел один негативный пример из недавнего:

— Честно говоря, крайне неприятно… Цъамад, Дагом, там идет газификация и очень неприятная ситуация — желтые трубы идут через объекты культурного наследия. Это красивейшая подкова: Унал над ним, Цъамад. Я просто был шокирован.

«Увидеть осетинцев»

Депутат парламента и по совместительству председатель профсоюзов республики Таймураз Касаев акцентировал внимание собравшихся на бальнеологии и ее потенциале. Не удивительно, учитывая, что профсоюзам принадлежать еще некоторые остатки советской мощи в виде турбаз, пансионата, альплагеря да санатория «Тамиск».

— После ознакомления со стратегией социально-экономического развития создается впечатление, что мы гонимся что-то создать, не понимая, что в сегодняшнем быстро меняющемся мире главное не создать, а получить. Снова получилось так, что последним у нас остается то, что людям крайне необходимо — это бальнеология. Если мы зададимся вопросом, в чем наша республика уникальна, то уникальность — Мидаграбинские водопады и все.

Касаев считает, что помимо водопадов у нас уникальны бальнеология и грязелечение, аналогов которым в мире нет и «не использовать этот потенциал в стратегии — это по крайней мере глупо»:

— В стратегии нужно приоритетом определить бальнеологию. Люди к нам не поедут, чтобы увидеть «осетинцев», они не поедут, чтобы поесть пироги и выпить наше знаменитое пиво — они могут сделать это и в Ростове, и в Москве, а завтра и во Владивостоке. А вот приехать за лечением, когда его одолевает недуг, человек будет вынужден сделать.

Карсанов согласился, что бальнеологию нужно развивать, но напомнил о безуспешных пока попытках работать в этом направлении, в том числе и при участии профсоюзов. По словам специалиста, сегодня очень трудно привлечь инвестора:

 — Я знаю, вы ведете огромную работу в этом направлении. Вы практически собственники всего бальнеологического кластера, всех гидротехнических сооружений. Я, как и вы, не могу понять, почему люди не вкладываются в эту отрасль. При этом мы декларируем, что она уникальная, мощнейшая инвестиционная площадка. Может вы нам ответите, почему так?

 Как было отмечено, стратегия все-таки содержит раздел, посвященный бальнеологии — восьмой. Что касается конкретных перспектив, заявлялось, что предполагается мощное финансирование медицинского кластера Северного Кавказа и «может быть, что-то из этого получиться».

 — Другое дело — проработка инвестиционных площадок, они у нас не проработаны. Большая проблема с анализом проработанных ранее факторов. У нас порой исходят из очень ранних клинических испытаний. Мир меняется, а мы оперируем к клиническим испытаниям 60-х годов. Желательно это все обновить, и приступить к реальным шагам, а не обвинять друг друга. Да, наша сила в кооперации, — считает Карсанов.

В контексте привлекательности бальнеологии, стоит вспомнить о недострое по пути в фиагдонскую «Долину солнца». Большой комплекс на 100 номеров, специализирующийся на бронхо-легочных больных, так и не был запущен.  По крайней мере, в июне прошлого года нам его показывали как застопорившийся проект, перспективный, но реализованный лишь на половину.

Здание само уже готово — стеклянный модерновый фасад сверкает и блестит, но бальнеологией и не пахнет.

Странно, учитывая, что Касаев считает это направление нашим главным оружием в борьбе за туриста. Не на осетинцев же глазеть, в самом деле…

Бизнес

В ходе дискуссии порой слово доставалось и предпринимателям, которые этот самый туризм и пытаются строить. По крайней мере, строить удобства, предоставлять сервис тем самым полумифическим туристам. Небезызвестный среди подобных энтузиастов предприниматель Хетаг Тагаев выразил свою точку зрения касательно содержания обсуждаемого документа, а также о работе в сфере туризма.

У Тагаева небольшой семейный отель в Дигорском ущелье, «Градус» писал о его «Тана Парке«, а также ряде других объектов нашего туристического кластера в материале «Тур де Алания».

По словам бизнесмена, вопрос интересен многим, но реализацию намеченных планов по развитию туризма будут осуществлять предприниматели. В этой связи Тагаев считает логичным, что больше внимания должно уделяться мнениям потенциальных реализаторов идей:

— Интересует вопрос всех, а заниматься будем мы. И от того, как мы это будем делать, будут и результаты. Вот, уважаемые депутаты правильно выступают, но я пять лет уже стройкой занимаюсь, меня никто ни разу не пригласил в парламент на обсуждение [вопросов туризма]. Второй вопрос, никому не в обиду сказано, но комитет по туризму 4 года работает как-то вяло. Мне бы интересно было, чтобы кто-то со мной работал вплотную, а мои проблемы хотя бы иногда выслушивались и озвучивались.

Предприниматель резонно спросил, а почему столько лет в республике не готовились должным образом кадры (неоднократно уже на встречах по туризму подчеркивается, что отрасль испытывает дефицит кадров и  сейчас СОГУ готовит 33 профессиональных гида по некой особой программе, — прим.), почему не выделялись средства на развитие отрасли. Тагаеву, как практику, очевидно хотелось увидеть в стратегии больше конкретики и меньше абстракций. :

— Если бы в каждом мероприятии был прописан план, чтобы я понимал, что такое, например, «Безопасность» вплоть до денег, которые будут выделены. Все должно быть прописано, чтобы мы уже задавали вопросы другого плана. Чтобы было прописано — не просто потратим 4 млрд на то-то, а откуда возьмем эти деньги? Чтобы я мог спросить потом у министра, у депутата, почему не сделали. А не так, что написали, а денег не дали. У нас каждый год одно и тоже, денег нет, поэтому происходит то, что происходит.

Предприниматель высказал важную мысль, согласно которой важнее не потенциальный доход республиканского бюджета от отрасли, а занятость населения:

— Район [Дигорский], в том числе и его горная часть оживет, если туризм будет развиваться нормальными шагами. Вот это, наверное, более важно, чем если бюджет республики получит 2 млн. Это вопросы которые в последние годы много обсуждаются, но не решаются.

 Эту мысль  в своем последнем тезисе категорически поддержал «патриот» Нох Токаев:

— Категорически поддерживаю того, кто сказал, что без освоения потенциала наших сел — хоть аулами их называйте — но если мы не впишем людей в эту живую ткань [туризма], ничего не получиться.

По словам Карсанова, мы вскоре узнаем подробности реализации стратегии, в том числе будут опубликован список ответственных за то или направление:

— У каждой контрольной точки есть персонально ответственное лицо. Мы  разместим [имена] и вы будете знать, кто за какое мероприятие несет ответственность. Это не ведомство, это не ассоциация, это конкретное лицо — министр, Павел (Игнатьев — прим), я… Вы смело можете при нашей следующей встрече встать и задать вопрос тому лицу, которое не выполнило то или иное мероприятие. Я вам дал общую картину, а она намного глубже. Мы ее по каким-то причинам пока всю не раскрываем, там есть и финансовые вопросы, достаточно сложные, но все ваши пожелания будут учтены.

 Журналисты и молодежь

Досталось в ходе дискуссии и журналистам — плохо работаем, молодежь не знает о стратегии:

— Зарина Гецаева — юрист, приглашенная, состою в кадровом резерве Молпарламента (весьма ценные сведения — прим.). Если поспрашивать сверстников, многие даже не знают об этой Стратегии социально-экономического развития. Я предлагаю больше об этом говорить в медиа. Есть люди, которые могут обладать уникальными знаниями для усовершенствования стратегии, нужно больше об этом говорить. Мы молодежь только «за», мы будем рады помочь. Я считаю, что это нужно молодежи, потому что за нами будущее.

Делаем вывод, что та самая таинственная молодежь, наше будущее, «Градус» решительно не читает. Можно бросить в свой огород камень и сказать, что надо больше работать над тем, чтобы будущее республики нас читало, но ведь большинство молодых людей до 30 лет, к коим я и сама отношусь, дальше пабликов в Инстаграме ничего не листает.

Да и во всемогущей соцсети предпочитают максимум группы, мимикрировашие под СМИ, которые вообще являются отдельной темой для разговора.

Многобуквия там не встретишь, а как кратко описать тонкости огромного талмуда под названием Стратегия социально-экономического развития Республики Северная Осетия-Алания до 2030 года, — вопрос сложный.

Однако беспокойство об осведомленности молодежи волновала, как минимум, двух человек на дискуссии:

— У меня в принципе вопрос не о том, что СМИ не освещает. У молодежи нет доверия. Я не говорю об активной части молодежи, я говорю о простых, кто живет в Дигоре, в Чиколе, в Ардоне.

И тут впору оскорбиться за молодежь из районов и воскликнуть. Другой вопрос, что значит «простая молодежь»? Почему молодые люди из Ардона и Дигоры обязательно простые, а осведомленные и активные из Владикавказа? И главное, к чему или к кому у молодежи нет доверия, к СМИ? А к чему есть, к выкрикам из соцсетей?

— Поверьте, если бы такая стратегия презентовалась во Франции, в Германии, в США, их было бы не больше, — резонно заметил Карсанов. — Это не  вопрос доверия-недоверия, это вопрос заинтересованности. Информированы могут быть сто, тысячи, но интерес этот вопрос представляет только нескольким.

Материалы по теме:

Шкура неубитого медведя

Тур де Алания

Турист нам только снится

Про «Мамисон» для любознательных

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ

Во Владикавказе с аншлагом прошел второй международный турнир по вольной борьбе «Аланы»

10.12.2018 Gradus Pro

Аслан Толпаров, заранее вырывший 12 могил на кладбище Алагира, уволился из-за угроз

На что потратят республиканские деньги в ближайшие три года

06.12.2018 Gradus Pro

Полицейские экипажи больше не патрулируют Проспект Мира

Архитектуру решили лечить новой комиссией

05.12.2018 Gradus Pro

«Электроцинк» и Росприроднадзор продолжают судиться из-за отходов

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: