«Воли к жизни у нее уже нет. У меня, впрочем, тоже»

30.10.2020 Gradus Pro

Продолжение рассказа читательницы, которая борется с системой за жизнь матери

Первая часть.

Здравствуйте, уважаемая редакция. Только сейчас увидела, что вы опубликовали мое письмо о действиях системы здравоохранения ПРОТИВ пенсионеров с переломами.

В день моего обращения к Вам, ближе к ночи, мне сообщили, что в РКБ приезжал министр — многие звонили на горячую линию Минздрава (которая, кстати, работает до 17:00) — и что нас перевозят в больницу на Титова.

Я выехала на «место преступления» для сопровождения своей матери, судя по всему, в последний путь.

Потому что в больнице СОГМА на следующее утро нам сделали повторные анализы, и подтвердив диагноз «пневмония» (не ковид), добавив к этому лейкоциты ниже нормы, нам вежливо объяснили, что риск операции, в принципе, очень высок, но и держать у себя они нас не будут.

Врач Кучиев обещал организовать транспортировку домой. Прождав несколько часов, я вызвала частную скорую за свой счет и увезла маму с переломом + пневмонией, в беспамятном состоянии — туда, откуда мы выехали 8 октября с одним переломом, будучи в здравом уме.

Сейчас она не реагирует на мои просьбы, не помогает мне, когда ее нужно повернуть, не делает зарядку, не надувает шарики, не принимает таблеток, не ест, не пьет, не разговаривает и не открывает глаза.

Утром и вечером к нам будет приходить медсестра, чтобы вколоть антибиотик от пневмонии. Осталось дней пять до конца курса лечения, с учетом одного дня простоя в больнице СОГМА, где назначения не выполнялись. Но боюсь, что за эти пять дней я ее окончательно потеряю, в прямом или переносном смысле.

Воли к жизни у нее уже нет. У меня, впрочем, тоже.

Что касается других пациенток, доподлинно известно, что еще одного отправили домой с диагнозом «язва». Другую, переболевшую ранее ковидом, дочь сама забрала на частной скорой с «рубцами от перенесенной пневмонии» и «деменцией», отказавшись от операции. Третьей (95 лет, с просверленной ранее на вытяжение ногой) диагностировали тромбоз, которого не было ни в Ардоне, ни в РКБ, и отправили обратно в РКБ, в сосудистое отделение —  лечить тромбоз.

Самое частое выражение, которое я слышала последние 20 дней: «А что мы можем сделать?»

Думаю, продолжения у моей истории не будет. Спасибо за все, Градус. Прощаюсь.

Дана Хадарцева

Материалы по теме:

«Коронавирус убивает тех, кто им не болел»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СТАТЬИ
22.01.2021

Что известно о нападении на журналиста Руслана Тотрова

21.01.2021

Бессмертную схему отработали в Северной Осетии на медицинском оборудовании

Лайфхак от владикавказского чиновника: как украсть почти 38 млн, чтобы за это почти ничего не было

Битву за осетинский мусор выиграл новичок

11.01.2021

Руководитель строительной фирмы, обманувший дольщиков на 500 миллионов, пойдет под суд

PRO провальные сборы за капремонт, повышение тарифа и судебные иски к неплательщикам

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: