Языковой барьер

В Парламенте Северной Осетии рассматривается законопроект, который внесет существенные изменения в уже существующий закон «О государственных языках». У законопроекта есть ряд плюсов, которые по душе не только парламентариям, но и многим специалистам. Речь идет о том, что после принятия закона конституционный статус двух государственных языков – русского и осетинского — будет переведен в практическую плоскость. Предполагается, что будут созданы социальные условия, которые позволят равноправно функционировать на территории республики, как русскому языку, так и осетинскому. На практике это будет выглядеть так: вся документация будет дублироваться на осетинском языке, а  названия улиц обяжут писать на двух языках — русском и осетинском.

В законопроекте появится еще один пункт, который уже успел наделать шуму среди осетинской общественности. Парламентарии говорят о необходимости исключить из документа разделение осетинского языка на диалекты. На протяжении двадцати лет в Конституции РСО-Алания сформулировано положение, в соответствии с которым государственными языками РСО-Алания являются осетинский (иронский и дигорский диалекты) и русский язык. Так вот, содержание скобок и хотят убрать парламентарии из закона «О государственных языках».

По словам председателя комитета Парламента по науке, образованию, культуре и информационной политике Тамары Таболовой, нынешний закон, в формулировке которого указаны две диалектные формы — противоречит Конституции РФ.

—       В законопроекте будет использоваться только одна наддиалектная форма — единый осетинский язык и не будет деления на диалекты. Мы считаем это принципиальным и настаиваем на том, чтобы любых разделений, пусть даже в законопроекте и в Конституции, не было. Считаю, что логики в этом нет никакой, — считает Тамара Таболова.

Таболова говорит и о том, что если сделать так, то это, по крайней мере, будет честно по отношению к другим диалектам.

— У нас кроме одного дигорского диалекта есть еще и другие, которые также широко используются. Нам нужна одна языковая форма, которая гарантирует право остальным диалектам на существование, но не на выделение,- утверждает Тамара Таболова.

Другого мнения придерживается первый проректор по научной работе и развитию Северо-Осетинского государственного университета Тамерлан Камболов:

– Исторически так сложилось, что у нашего языка два диалекта — иронский и дигорский. Они именно диалекты, а не языки.  Если носители двух близкородственных языковых форм считают себя одним народом, то эти языковые нормы признаются диалектами одного языка. Языками разными они считаются лишь в том случае, если их носители считают себя разными народами. Так вот, носители иронской и дигорской формы осетинского языка не считают себя разными народами, соответственно, и языковые формы считать разными языками антинаучно. Поэтому узурпировать содержание слова «осетинский» можно, оставив за ним только одну диалектную форму осетинского языка. Но этого не стоит делать. Осетинский язык существует как совокупность всех норм его существования — дигорский и иронский говоры. Иронский включает в себя четыре говора – куртатинский, туальский, двальский, чсанский. И в дигорском тоже есть свои говоры — дигоринский и чиколинский.

Тамерлан Камболов  считает, что на сегодняшний день и иронский диалект, и дигорский диалект реально функционируют практически во всех сферах общества. И иронский, и дигорский используются в качестве языков обучения – в школах осетинский язык изучают в двух формах — иронском и дигорском, функционируют эти формы и в театральном искусстве, и в книгопечатании, на этих диалектах издаются газеты и журналы, выходят радиопередачи. По словам Тамерлана Камболова, критики деления на диалекты почему-то игнорируют этот факт и пытаются из формулировки закона изъять то, что написано не только в скобках, но практикуется в жизни.

– В нашем разнообразии – наша сила, и попытки сократить искусственно наше разнообразие — это работа против своего будущего,- уверен Тамерлан Камболов.  – Этот вопрос пытаются представить так, что кто-то делит осетинский народ по диалектам. Нас никто не делит. Нас история создала такими разными. И ничего необычного в этом нет. После принятие закона с такой формулировкой кому-то опять захочется увидеть за словом «осетинский» только иронскую форму существования нашего национального языка.

В словах Тамерлана Камболова можно было уловить опасение, что опять поднимется тема существования осетинского и дигорского языков как совершенно самостоятельных языковых форм, соответственно, начнется разговор о существовании двух самостоятельных народов – осетинского и дигорского.

Об этом же спорили/ругались/доказывали пользователи социальной сети Facebook.com. Там же Алан Салбиев высказал свое мнение по этому поводу:

— В нашей Конституции есть упоминание о двух диалектах осетинского языка. По какой причине тогда пункт о диалектах не хотят включать в республиканский закон «О государственных языках»? Считаю диалекты осетинского языка гранями одного бриллианта. Другое дело, что я категорически против любых попыток разделения нашего народа. Тем более по таким абсурдным признакам, как диалекты, говоры, ущелья. Чувствую, не за горами форма черепа и гены. Я ЗА указание двух основных диалектов нашего языка где угодно. Я ЗА равноправие дигорского и иронского диалектов. Я ЗА одинаковые возможности господдержки и развития иронского и дигорского диалектов осетинского языка. Это делает наш язык и культуру богаче.

Пост Алана Салбиева вызвал жаркие дискуссии:

скрин3

 

скрин2

А вот преподаватель кафедры иностранных языков СОГУ Эльмира Гуриева в обсуждении законопроекта увидела политическую подоплеку.

Мне кажется, что в этом есть политическая составляющая и никакая другая. Для реальных носителей и для потребителей языка изменение закона, по сути, ничего не изменит. Это политическая акция, которая не имеет никакого смысла для языка. Скорее всего, необходимость принятия этого закона и, особенно этого пункта о диалектах, возникла в связи с унификацией нашего международного положения, — сказала Эльмира Гуриева.

 

avabusОт главного редактора:

Ситуация вокруг нового законопроекта напомнила мне одно событие трехлетней давности – парламентские слушания  по вопросу телерадиовещания в республике. Депутаты прошлого созыва пригласили руководство ГТРК «Алания», чтобы обсудить программную политику телекомпании. Особое место в дискуссии занимал как раз вопрос об осетинском языке. Одним из докладчиков был Тамерлан Камболов, который единственный (!) говорил на родном языке. Но мне не это запомнилось, а реакция на его выступление. Когда Тамерлан Таймуразович начал говорить с трибуны, в зале произошло оживление. Нет, вы не подумайте, это не был гул одобрения. По  президиуму, и по депутатским рядам пробежались смешки. Знаете, такие смешки, которые обычно вырываются, когда ребенок в компании взрослых сказал или сделал что-то забавное, но в тоже время, не совсем приличное. И тогда я тоже подумал, что  проблема осетинского языка – вопрос политической воли. Или безволия.

 

СТАТЬИ

Равнодушие властей, некомпетентность врачей, нехватку лекарств и бюрократию. На что жалуются онкобольные в Северной Осетии

06.01.2022

Осетия — это не только горы и пироги. Как найти небанальные места для отдыха — комфортного, экстремального или душевного

28.12.2021

Издательство «Ир», выпускающее книги на осетинском языке, оказалось на грани банкротства

Пока мы увлеченно считали стоимость «борщевого набора», резко подорожали стройматериалы

В больницах Осетии снова нет дорогих лекарств для лечения коронавируса, в аптеках цена доходит до 100 тысяч

14.12.2021

Власти Северной Осетии покупают еще один люксовый автомобиль почти за 9 млн бюджетных рублей

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: