Белыми нитками

Представители Северной Осетии в законодательных органах власти, как, впрочем, и республиканский парламент, редко становятся авторами или проводниками законодательных инициатив федерального уровня. А случаи, когда такая инициатива была принята, можно пересчитать по пальцам. Теперь у нашей республики появилась возможность отличиться благодаря сенатору Александру Тотоонову,  представившему на заседании комитета верхней палаты парламента проект федерального закона, который позволит региональным властям без одобрения федерального центра исключать республиканские объекты культурного наследия из Единого государственного реестра памятники истории и культуры.

На самом деле законопроект был внесен Алтайским краевым законодательным собранием, а представитель нашей республики курирует его в силу своих должностных обязанностей. Но, при этом, как рассказал Gradus.pro Александр Тотоонов, он полностью поддерживает инициативу алтайских депутатов и уверен в том, что закон, будучи принятым, скорее принесет пользу, чем навредит:

— Очень многие вещи в законопроекте мне импонируют – например, что он четко разделяет полномочия. Центр понял, что, забирая себе всю эту инициативу и  оставляя региональные органы власти без какого—либо люфта принятия решения, тем самым мы ломаем саму суть устройства нашего общества. Поэтому постепенная передача всех полномочий, мне кажется, это хороший процесс. Он начался.

Необходимость принятия этого законопроекта, по мнению его авторов, возникла в связи с тем обстоятельством, что на данный момент, по действующему закону, переселить семью из обветшалого дома, который подпадает под статус объекта культурного наследия, даже при условии его непригодности для жилья, невозможно.

На практике речь идет совсем о другом. Представьте себе, люди живут в ветхом и аварийном жилье. Это жилье является памятником культуры и истории. По 73 федеральному закону они не могут ни переселиться, ни отремонтировать памятник истории. В случае, если владелец ветхого жилья вздумает отремонтировать свой дом, ему придется нанимать не просто рабочих, занимающихся ремонтными работами, а настоящих экспертов, которые имеют лицензии на осуществление ремонтно-реставрационно-восстановительных работ. Встанет владельцу ветрового жилья это не просто в копеечку, а даже в рубль. А такая возможность есть не у всех жильцов.

В идеале, чтобы решить проблему переселения граждан из аварийного жилищного фонда, обладающим статусом культурного наследия, муниципалитет обязан предоставить гражданам более новое и благоустроенное жилье, а здание-памятник реконструировать. Но у них один ответ — на сохранение памятников денег нет.

Между тем, осетинские коллеги на местах, в интересах которых действуют сенаторы и алтайские депутаты, инициативу не оценили.  Законопроект, направленный в региональные органы власти в ноябре 2013 года, поступил на рассмотрение Парламента республики, который вынес свой вердикт – «не принимать». Выступили «против» и в комиссии по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания.

 

Мнение1. Людмила Чехоева — заместитель председателя комитета по охране и использованию объектов культурного наследия РСО-Алания.

– Мы в комитете решили не поддерживать этот проект. Авторы обосновывают его принятие тем, что люди живут в ветхом и аварийном жилье, а это жилье является памятником культуры и истории и, чтобы переселиться из него, нужно пройти множество процедур. А о ремонте и речи нет. В соответствии с требованиями сохранения объектов культурного наследия, нужно проводить дорогостоящие ремонтно—реставрационно—восстановительные работы, потому что на объекте культурного наследия могут работать организации, имеющие лицензии, имеющие опыт работы и имеющие квалифицированных специалистов. Я понимаю, что памятники строились очень давно и не приспособлены к жизни в современных условиях. Понятно, что люди хотят жить в нормальных условиях. Но тот принцип, по которому вносят законодательную инициативу – перевод на региональный уровень, нецелесообразен. Основная их позиция — нет денег на сохранение памятников.

Если мы включаем жилье в регистр исторических памятников на федеральном уровне, то мы должны исключать его на федеральном уровне.  Если есть целесообразность исключить его, то существует целая процедура — нужно провести историко—культурную экспертизу. Эта процедура сделана специально для того, чтобы сохранить памятники. К тому времени, когда образовался наш комитет, в республике уже был принят закон «Об объектах культурного наследия«. А после образования комитета мы внесли изменения в закон «Об административной ответственности на отдельные виды правонарушений«. По КОАП выявленные памятники подлежат охране, а памятники регионального значения и местного не подлежат. В июле же 2013 года был принят федеральный закон, в который были внесены изменения, предусматривающие на федеральном уровне ответственность за причинение вреда памятникам и регионального, и местного значения. Уровень ответственности вышел на федеральный уровень.

 

Мнение2. Алина Акоефф – руководитель проекта «Потерянная Осетия».

— Я считаю, что это совершенно губительный для культуры законопроект. Он открывает не просто огромное поле для коррупции, но и производит подмену понятий. Вместо того, чтобы, согласно законодательству, заниматься восстановлением аварийных памятников культуры, в том числе и жилых домов, власть с помощью этого законопроекта развязывает себе руки. То есть, зачем мучится и восстанавливать, мы примем закон, снимем объект с охраны и снесем к чертям. Зато на пустом месте, чаще всего в центре города, мы построим элитно—многоквартирное чудище. Это логика власти, потому что власть она всегда практична. Для нее статусность объекта совершенно не очевидна. Это для нас какой—нибудь дом может быть совершенным творением какого—нибудь раннего модерна, а для власти халупа. Таким образом, этот закон открывает в первую очередь поле «подмены«. Он заставит пересмотреть устои, сложившиеся за 150 лет в градозащите и перевести ситуацию из фазы зыбкого равновесия в фазу «телами под бульдозер«. И аккуратные комментарии по поводу общественного обсуждения того или иного решения, предоставления историко—культурной экспертизы — это не более, чем самообман. Во—первых, раз объект попал в перечень объектов культурного наследия, значит, общественное и экспертное обсуждение уже было, и оно признало за объектом данное право, быть памятником. Во—вторых, предоставление историко—культурной экспертизы это такая же лазейка, как сам закон. Просто потому что на 80% региональных объектов подобной экспертизы не существует. Согласно новому законодательству, такая экспертиза стоит немалых денег, которых в регионах чаще всего нет. Пока их охраняют старые постановления, принятые 20-30 лет назад, с введением этого закона, памятники останутся «голыми«. Возьмем, например, дом Вахтангова на ул. Ч.Баева, рядом с Армянской церковью. Если смотреть с точки зрения власти, то это аварийное жилье. Там трещины по всему дому, коммуналки, и прочая неудобная для властей нечисть. С точки зрения истории — это один из немногих уцелевших адресов Вахтангова. У этого дома нет историко—культурной экспертизы, он как в 60 х годах 20 века получил статус объекта регионального значения, так и продолжает мигрировать из списка в список. Теперь, по новому закону этот дом можно снять с охраны (экспертизы—то нет, памятник не федеральный) и по закону об аварийном жилье просто снести. В особоопасную зону попадут так называемые выявленные объекты. Это огромный список, который был составлен по старому законодательству, когда историко—культурная экспертиза была еще не нужна. То есть специалисты признали, что эти объекты обладают признаками памятника, но исследовательская работа по этим объектам еще не закончена и потому они не переведены в статус региональных. По новому 73 ФЗ подобные объекты висят в воздухе, а новый закон просто поставит эти объекты на грань уничтожения. Яркий пример тому, дом на углу улиц Миллера и Некрасова. А что говорить о памятниках в горах, ведь огромное количество башен и галуанов, которые имеют плохую сохранность, просто окажутся в руках руководителей местных АМС. А те легко могут снять их с учета:  «как была башня? Не, не было. Разрушилась. Зато вот дача есть, хотите?». Надо понимать, что любой объект культурного наследия — это в первую очередь завершенное творение, которое осталось нам от прошлых эпох, но никак не разменная монета в борьбе за сомнительную и кратковременную выгоду.

 

logo      Александр Тотоонов выразил уверенность в том, что, в случае принятия обсуждаемых поправок, внимание к объектам культурного наследия не притупится. Более того, если будет организовано обсуждение вопросов исключения конкретного объекта из реестра на суд общественности региона, в интернет-пространство, то решения эти будут носить более объективный характер.

Он оптимистично утверждает, что если законопроект будет правильно подготовлен, в дальнейшем он сыграет только на руку владельцам культурных памятников, которые без проблем, за короткий срок смогут переселиться из своего жилья. А решение о сносе памятника будет приниматься квалифицированной экспертной комиссией, которая будет взвешивать все «за» и «против» в течение года, а то и больше. И непременно будет принимать только обдуманные и верные решения. А еще он верит, что в подобных щепетильных вопросах большую роль будет играть мнение общественности.

Однако проверить это можно будет только на практике. А тогда может быть уже поздно. И самому Александру Тотоонову ничего не останется, кроме как лечь под колеса бульдозера для спасения какого-нибудь ветхого особнячка на проспекте, который региональные власти, наделенные полномочиями с легкой руки сенатора, решат исключить из объектов культурного наследия волевым решением. Потому что сейчас от него зависит многое. А после принятия закона не будет зависеть уже ничего.

СТАТЬИ
26.10.2025

Лидером среди объявлений о продаже готового бизнеса в Северной Осетии остается сфера общественного питания

Территория бывшего пруда в Центральном парке безнадежно простаивает более 20 лет

Как аппетиты застройщиков Северной Осетии могут навредить историческим памятникам и святым местам

Комментируя ситуацию с невыносимой жарой в трамваях, в администрации Владикавказа ругают часто открывающиеся окна и …двери

Сергей Меняйло продемонстрировал безмолвное видео сибирского аналога злополучной «Долины Симд»

27.07.2025

При жесткой экономии и, безусловно, с помощью волшебной палочки накопить на квартиру во Владикавказе получится через 8,5 лет

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: