Реконструкция Национального музея возобновится только в 2017 году. Об этом сообщила  министр культуры Мадина Атаева во время визита председателя правительства Вячеслава Битарова на место строительных работ.

Как рассказала директор музея Лариса Сохиева, реконструкция осуществлялась с 2008 года в рамках реализации федеральной целевой программы «Культура России (2006 -2011 годы)». На выделенные средства была выполнена только часть строительных работ, в 2012 году финансирование было приостановлено. Объект не был законсервирован, контуры здания остались не закрытыми, кровельные работы не выполнены, помещение не отапливается.

—  Инициировали строительство сотрудники музея. Мы неоднократно обращались за помощью. Силами и стараниями наших старейших сотрудников в свое время вопрос продвинулся вперед. Мы даже организовали встречу с профессиональным музейным архитектором. Но уже 4 года здание находится в ненадлежащем состоянии. Объект не был законсервирован, и это дало свои результаты: даже часть выполненных тогда работ становится непригодной. На объекте собирается вода около 4 метров. Мы даже замеряли, сами фотографировали, – рассказала Лариса Сохиева.

И, тем не менее, музей работает. Правда, фрагментально – в каждом зале небольшими объемами представлена часть коллекции музея. Здесь, в стенах этого многострадального здания, пытаются бережно сохранить такие экспонаты, как например, деревянный аланский столик VI века. И таких удивительных предметов в музее около четырехсот тысяч, но уже около 25 лет люди их не видят.

–   Где-то в 1985 здесь потекли трубы, тогда решили начать ремонтные работы. Временно было решено все демонтировать. И тогда денег не нашлось, с тех пор музей перестал функционировать, как постоянно действующая экспозиция по истории Осетии, – продолжает директор музея. – Небольшими разделами пока показана История Осетии. У нас хранятся такие предметы, которые на сегодняшний день являются завистью Эрмитажа.

Один из таких экспонатов – Кобанская Бронза (конец II тысячелетия до н.э. ), благодаря обнаружению которой, кстати, и возникла идея строительства музея в Северной Осетии.

—  Мы первые на Кавказе построили специальное здание для музея. Уже в 1897 было решено начать сбор средств. Да, и тогда были денежные затруднения, но все точно понимали, что музей нужен. Стали вывозиться ценные предметы, а этого нельзя было допустить. Местная интеллигенция поняла, что это национальное богатство, и его нужно аккумулировать. В 1906 году было построено здание. Первые поступления в фонд музея из своих личных архивов передал и Гаппо Баев, так формировались первые коллекции, – рассказала Лариса Сохиева.

На вопрос председателя правительства, ведется ли опись всех экспонатов, она ответила:

— Работа внутри музея всегда ведется. Есть определенная официально принятая система учета в музее. Материалы поступают, актируются, потом проходят через книгу поступления, вся  информация по отчетности о том, что принято в музей и получило номер, поступает в Москву. Эта информация очень прозрачна. Единственное, бывают случаи, такие как дофондовое поступление. Вот 80 тысяч экспонатов археологии поступило летом прошлого года, их невозможно сразу в основной фонд определить. Мы фиксируем это все сейчас, и то, что принято дофондово, потом будет получать номера постоянного учета.

Как отметила Сохиева, потеря экспоната возможна только из-за плохой сохранности. А сегодня условий для правильного хранения предметов памяти нет:

– Единственное, что сильно вредит – отсутствие условий хранения. Мы-то рассчитывали, что через пять лет музей будет реконструирован. Эти пять лет закончились в прошлом году. «Мягкий» фонд, так мы называем, например, предметы из ткани – они хранятся упакованными в ящиках. Им почти 300 лет, а находясь под постоянным прессом, материал разрушается… Условия очень тяжелые. С другой стороны — острая проблема — пополнение фонда. У нас закупок на государственном уровне системных не было более двадцати лет. Смотрели, все что у нас сегодня экспонируется, то, что хотели бы оставить – уже для этого нужно порядка полутора миллиона, и то мы где-то поскромничали, подумали, от чего могли бы себе позволить отказаться.

Рассказала директор музея и о кадровой политике учреждения. По словам Сохиевой, дефицита в желающих работать молодых специалистах нет:

— Я набрала 5 человек сотрудников, им нравится, зарплата 7 – 8 тысяч, это и историки, и филологи. Очень важен вопрос стажировки. У них должна быть возможность поехать куда-то посмотреть. Конечно, это тоже средства дополнительные. Понимаю сложную ситуацию финансовую в республике, но хотя бы Эрмитаж они должны увидеть?!

Мы лет 8 назад выехали в Эрмитаж в этнографический, впервые увидели осетинскую коллекцию,  которая  в этнографическом музее хранится. Они тоже должны учиться, смотреть, анализировать. Этот навык надо получить.

Интерактивным столом в музее обзавелись, оказывается раньше, чем в «Баварии». Современный гаджет в Национальном музее прижился, по словам директора музея, детям особенно нравится рассматривать на нем фотогорафии:

— Мы писали письмо на имя президента на получение гранта, на эти средства и купили этот интерактивный стол, купили промовизер с интересной программой. На столе все по разделам, дети любят заходить, например, выбираешь 19 век – и тут серия  интересных фотографий, можешь увеличивать, тут же возможно отправить себе на электронную почту. Предмет, который за витриной, к которому ограничен доступ – тоже можно найти тут, посмотреть и почитать о нем.

В заключение экскурсии по залам Нацмузея Сохиева отметила, она очень надеется, что ситуация, с которой она познакомила председателя правительства, убедила его, что для музея промедление смерти подобно:

— Ситуация со строительством очень негативным образом сказывается не только на сохранности фондов музея, но и на судьбе истории Осетии в целом. Сегодня нередко мы наблюдаем, как искажается история, и отсутствие научно-исторической базы, где люди воочию могут увидеть, где могут найти достоверную историческую информацию, это просто ужасно. Музей должен выполнять свою миссию, просветительскую.

В свою очередь Вячеслав Битаров сказал:

— Не обещаю, что все решим сразу, но будем это делать поэтапно. Как рассказала Мадина (Мадина Атаева — министр культуры), мы попали в федеральную программу «Культура России» 2017 года. Сейчас от всех структур, от которых зависит дальнейшее документальное сопровождение, нужно добиться выполнения нужной работы. А дальше, как только программа будет запущена — нужно системно использовать те средства, которые, мы надеемся, будут выделены.

Пообщалась с журналистами, прокомментировала ситуацию в музее, а также рассказала о федеральной целевой программе «Культура России» и сама министр культуры Мадина Атаева. По ее словам, отрешиться от эмоциональных реакций относительно судьбы Национального музея, просто невозможно:

— С историей вопроса, вы, думаю, знакомы не хуже, чем я. Более двадцати лет назад была свернута постоянная экспозиция тогда Краеведческого — сегодня Национального музея Осетии. Все это время научная творческая интеллигенция Осетии поднимает это вопрос. А со временем состояние музея, а самое главное — его фондов, значительно ухудшилось. В свое время была проделана очень большая работа по созданию проекта Национального музея и всех процедур, связанных с его экспертизой и финансированием. Тогда проект реконструкции музея, разработанный группой архитекторов компании «Стиль», был поставлен на финансирование в рамках государственной программы  «Культура России». Был выделен первый транш на строительство  нового фондохранилища  нацмузея, где сегодня мы были. В 2012 году стройка была остановлена, заморожена.

Надо понимать,  что перед тем, как было начато строительство, были снесены и те фондохранилища, которые находились во дворе Нацмузея. И фонды оказались в еще более плачевном состоянии, чем до начала реконструкции. Каждый полевой сезон приносит сотни и тысячи новых экспонатов, они требуют, чтобы фонды их приняли,  обработали и запустили в научный оборот.

Ситуация, на самом деле, критическая. Первый вопрос, с которым я обратилась к правительству и главе нашей республики – что-то нужно предпринимать. Эта тема для меня очень больная, и, думаю, для всех в Осетии эта тема важна. Если бы некий такой условный враг задумал идеологическую диверсию против осетинского народа по уничтожению его исторической памяти, по воспитанию неуважения к наследию предков, первое, что ему надо было бы сделать – это ограничить доступ граждан Осетии к их наследию.

Да, хорошо, что мы сегодня находимся в зале, где есть хоть какая-то экспозиция,  осуществленная силами представителей музея, которая отражает основные этапы нашего исторического развития. Но это катастрофически не совпадает с моим  представлением о том, как это должно быть сделано на самом деле. Любой научный сотрудник или ученый скажет вам то же самое. За нашей спиной совершенно бесценные экспонаты. И в ведущих мировых музеях каждый из таких кобанских топоров имел бы отдельную витрину с подсветкой и научной аннотацией, огромной лупой, чтобы вы могли разглядеть рисунки на предметах. Очень благодарна, что наш крик о помощи был услышан. В конце прошлого года была достигнута договоренность с минкультом РФ о возобновлении финансирования реконструкции музея. Сроки, в которые проходил наш визит, исключали в принципе возможность попасть в программу 2016 года. На тот момент она уже была сформирована. И, все же, финансирование в размере 453 млн руб. запланировано. Да, это достижение. У нас появляется хотя бы перспектива. Но первый транш должен прийти только в феврале 2017.  И сумма довольно большая, но ее совершенно недостаточно, чтобы на общую ситуацию смотреть с оптимизмом. 2016- й год как-то надо прожить…

Мы уже провели совещание с подрядной организацией, осуществляющей строительные работы, достигнуто соглашение о том, что будет произведена консервация фондохранилища и стройки для того, чтобы на момент возобновления нового строительства то, что было уже построено, оставалось в достойном состоянии.

Финансирование строительства музея по федеральной программе разбито на три года, то есть если в 2017 году денежные средства поступят и программа будет запущена, возможно, к 2020 году реконструкция Национального музея будет завершена.

Читай самые интересные новости Градуса в Telegram!

• Владикавказ
• Вячеслав Битаров
• Кобанская Бронза
• Лариса Сохиева
• Мадина Атаева
• музей
• Реконструкция Национального музея
• Северная Осетия