Плохая канализация, сход Колки и водочный бум. Удастся ли оздоровить главную реку Осетии? Если вы […]

Волонтеры. Как это было…
Из гипермаркета выходит высокий, красивый парень. Лицо показалось знакомым. Он остановился.
— Яна, здравствуйте.
Вежливая улыбка и яркие огоньки в глазах.
10 лет тому назад он был первокурсник. И в Центр профилактики пришел заодно с друзьями. Остался надолго. Мальчик — волонтер, а сегодня он с большой сумкой спешит к машине, помогая сесть в нее симпатичной девушке. Около ярких стеллажей меня останавливает другой волонтер.
— Яна, — кричит он на весь магазин. – Вы тоже здесь. О, у вас дочка. А у меня сын. Вот какой. Парень с гордостью кивает на продуктовую тележку, на которой восседает годовалый мальчишка.
— Сегодня, наверное, весь ГЦП здесь, — продолжает он с радостью. — Вы помните, наш центр так ведь сокращенно называли? Тут и другие ребята есть.Эй, пацаны, смотрите, помните нашу «пиарщицу»? — кричит он кому-то вглубь магазина.
Ко мне подходит молодой мужчина, в котором я с трудом узнаю худощавого подростка. Эти ребята пришли к нам в волонтеры, когда им было всего по 14-15 лет. Сейчас это взрослые дяди. У каждого из них дети, работа. Сегодня в городе есть волонтерские десанты, есть волонтерские отряды при ВУЗах города. Замечательные молодые люди с горящими глазами и добрыми амбициями. Но те ребята «начала нулевых» — это моя история.
Полностью название Центра звучало длинно — Центр профилактики наркомании, алкоголизма и правонарушений в молодежной и подростковой среде. Выговаривать было сложно, и все сокращенно называли его ГЦП. Проекты был весьма просты – делать все возможное, чтобы у ребят не хватало времени на пагубные привычки.
Никаких плакатов, никакой пропаганды, никаких антинаркотических концертов. Просто живая беседа психологов в школе. Несколько занятий в неделю, рассказы о жизни центра, и вот уже первая группа ребят потянулась в наши кабинеты. Мне, как руководителю пиар отдела, доставалась самая веселая работа – принимать во всем участие. Подростки появлялись группами, вначале маленькими междусобойчиками, а потом все как-то внезапно подружились. И тогда было решено вывозить их в горы. Пансионат, лагерь, туристическая база. В течение недели ребята учились общаться. Без подколов, драк, разборок и выяснений отношений. А в конце потока начиналась Большая Игра. Испытания по типу телешоу «Форт Байяр».
Центр выигрывал гранты, придумывал новые проекты, и подростки принимали участие во всевозможных акциях. Кто-то ездил на встречи с волонтерами в другие города. Иные вызывались помогать различным организациям. Была поставлена шуточная пьеса, которую ребята показывали и в детских домах, и в больницах. Подростки влюблялись друг в друга, писали песни, устраивали шутливые поединки. Сотрудники не отставали от своих подопечных, и свадьбы в коллективе играли одну за другой.
Я не знаю, как получилось, что это все закончилось. То ли ушли с работы лидеры, то ли наши родные волонтеры выросли, а новые так и не прижились. Но Центр потихоньку угас. Но каждый раз, когда я встречаю бывших «ногфалтаровцев», я понимаю, что всё не зря. Они все сегодня при деле. Они знают, что жизнь бесценна. Что она искрится, сияет, бежит с тобой наперегонки и ее не надо стимулировать сомнительными допингами.
И мне кажется, что основатель этого проекта Сослан Хугаев и его команда действительно хорошо поработали, дав однажды этим подросткам шанс.
— Идея создания особой профилактической организации, помогающей в борьбе с наркоманией, витала давно, как среди государственных, так и общественных деятелей. Это была примерно середина 90-х годов, когда резко начал расти уровень наркомании по всей стране, — вспоминает Сослан.
В те годы Председателем городского Комитета по делам молодежи, а затем и республиканского был Таймураз Каурбекович Касаев. Он сразу же понял, в каком направлении мы хотим работать, и помог нам открыть Республиканский центр профилактики, при Комитете по делам молодежи РСО-А. Тогда это важное решение принималось на уровне Правительства Осетии, а ваш покорный слуга был назначен директором госучреждения.
Инициативу поддержал и Сергей Такоев. Активно участвовали в этом деле и представители молодежной среды: Миронова Л.А, Цагараев М.А., Райков Д.В. К тому моменту люди начали понимать, что нужна системная работа по профилактике наркомании, а не разовые акции.
Первые шаги всем всегда даются непросто. Проектная работа в социальной сфере, в системе государственной молодежной политики в те годы была инновационной. Я ездил специально учиться организации системной работы в профилактике, написанию проектов для молодежи. Помню, в те времена, работа по профилактике в основном строилась в формате межведомственных программ, очень расплывчатых и неконкретных.
Первой победой был грант ООН в размере 10 тыс. долларов за проект «Школа добровольцев». Без ложной скромности скажу, что благодаря этой программе в нашей республике получило начало волонтерское движение. Вся наша работа была прозрачной, сотрудничали мы со всеми напрямую, и с грантодателями, и с Министерствами, и с Комитетами. Честно скажу, ни откатов, ни взяток, ничего такого и в помине не было. Единственное что, мы презентовали буклеты, книги и сувениры. Все мои сотрудники были профессионалами, а наша работа всегда открыта для журналистов и общественности.
Волонтерская команда «Ног фæлтæр» (новое поколение) появилась после успешной реализации проекта «Школа добровольцев». И мы, и ребята хотели идти вместе после того, как поработали немного над несколькими программами. Это были и трудные подростки, и обычные школьники, и студенты-первокурсники. Все разные, но настоящие, чуткие мальчики и девочки, которым было просто скучно и на улице, и в школе, и вот от этой коварной скуки мы их и освобождали.
Сейчас я живу в Москве. Прошло 10 лет с тех пор, как я приехал в столицу учиться в аспирантуре. Закончил Академию госслужбы, защитил кандидатскую диссертацию по теме «Социально адаптационный фактор в генезисе и профилактике девиантного поведения молодежи».
Но так получилось, что жизнь диктует свои правила. В Москве мне пришлось забыть о своих проектах и планах и заняться бизнесом. У меня пекарня по выпечке осетинских пирогов «Асса». Но знаете что, скажу, при открытии своего дела мне очень пригодился опыт, полученный за время работы руководителем молодежной организации.
Я выбрал эту дорогу неслучайно. Я могу заниматься только тем, что мне действительно нравится. А пироги – это кусочек моей Родины. Надеюсь, в скором времени наша фирма окрепнет, и мы сможем помогать молодежным проектам в Осетии.
Сегодня много молодежных программ реализуется по всей стране, есть волонтерские десанты и у нас в республике. Они действительно занимаются добрыми делами. Отрадно, что наша программа не оборвалось на «полуслове». Пусть это не мои волонтеры, а другие. Главное, что идея оказалась живучей. Организаторам различных молодежных центров, в т.ч. по профилактике, я бы посоветовал прежде всего собирать в одну команду действительно неравнодушных людей, профессионалов, работать системно и не бояться привлекать к работе мальчишек с улицы. Именно из таких уличных пацанов часто вырастают очень хорошие люди.
Лидером среди объявлений о продаже готового бизнеса в Северной Осетии остается сфера общественного питания
Как аппетиты застройщиков Северной Осетии могут навредить историческим памятникам и святым местам
Комментируя ситуацию с невыносимой жарой в трамваях, в администрации Владикавказа ругают часто открывающиеся окна и …двери
Сергей Меняйло продемонстрировал безмолвное видео сибирского аналога злополучной «Долины Симд»


Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: